Этот мир – мой. Часть II

Это он! Точно, этот, так называемый бог, как-то это все провернул! Я с надеждой посмотрела на Риза, и громко выкрикнула ему в спину:

– Риз!

На мгновение он всё же обернулся, подарив мгновение надежды, но не остановился, а продолжил идти к выходу.

Говорят, что сердце хрупкая вещь и легко разбивается. Врут. Нагло и бессовестно. Хотя может это только со мной всё наоборот? Мое сердце просто окаменело. А все остальное стало серым и пустым.

Тяжело переставляя ноги, я позволила «маске» тащить меня за собой.

Да, я понимала, что жизнь на этом не кончится, но было так больно. Безумно больно.

– Куда ты меня ведешь? – глухо, с трудом узнав свой голос, спросила я. Не то что бы мне это было интересно сейчас, но приобретенная привычка выживать, заставляла искать пути выхода заранее.

Маска упорно молчал и быстро шел вперед. Мы свернули из очередного коридора и уперлись в стену. Он подошел к одному из светильников и дернул его вниз. В стене что-то щелкнуло, заскрежетало, и она просто отъехала в сторону.

– Вот тут мы сможем спокойно поговорить, – проговорил «маска». Он отошел чуть подальше, встал ко мне спиной и прошептал короткое заклинание, – О, Боже, наконец-то! Знаешь, в ней абсолютно нечем дышать, – хриплый каркающий голос изменился на тот самый, что был дорог мне почти больше всего, – Привет Ру, – человек уже с открытым лицом повернулся ко мне, – Наконец-то я тебя дождался…

Он развел руки, словно ожидая, что я брошусь к нему в объятья.

С чего бы вдруг? Я осторожно отступила, вглядываясь в фигуру. Передо мной стоял Риз. Еще один! И он улыбался до ушей!!

– Риз? – тихо и очень недоверчиво поинтересовалась я, чувствуя, как внутри просыпается надежда, а каменная оболочка на моем сердце покрывается трещинами.

– Ага, я, – заулыбался он еще шире.

– Это точно ты? – подозрительно сузила я глаза, не спеша верить увиденному.

– Да я это я! Не узнаешь что ли? Иди уже ко мне, – он сделал шаг мне на встречу с намерением обнять.

И…

Звонкий хлесткий звук пощёчины прокатился по всей комнате. А Риз, словно пушечное ядро влетел от нее в стену и сполз на пол. Ой! Похоже, я слегка переборщила.

Риз встал, помотал головой, приходя в себя. Потрогал челюсть, и удивленно протянул:

– Давненько меня так не вырубали. За что? Ты совсем с катушек съехала?!

– Я?! Я с катушек съехала? Да ты вообще обнаглел? – взъярилась я, – Я месяц.