Цена свободы

– То есть ты против? – она нахмурилась, а я надеялся, что она просто играет роль, и опыта у нее не больше моего. Потому что понятия не имел, говорю ли правду. Как вообще в этом разобраться?

– Конечно, – я усмехнулся, – Предпочитаю шелковые простыни и лепестки роз.

Она захлопала глазами, а потом, решив, что это сарказм, громко расхохоталась. А я, между прочим, не врал. У Ру не было подобного опыта от слова совсем, так что все мои знания почерпнуты исключительно из фривольных романчиков. И свою первую ночь я так и представлял: в лунном свете, на дорогих простынях, с лепестками роз и всепоглощающей любовью в глазах.

Желательно не в моих. И тут я задумался. У мужчин же все проще? Им не обязательно хранить целомудрие. Да и атрибуты, как я понял, вовсе не обязательны. Я покосился на девушку, представив, как она целует меня, и как я целую ее, и вот сюрприз, меня чуть не вырвало. Я с трудом сдержал рефлекс, отодвигаясь от рыжей, зато в штанах сразу стало просторнее. Это что? Я мужчина или нет? Боже, почему все так сложно?

Наблюдая гамму эмоций на моем лице, хотя я и пытался это скрыть, эльфийка все выше задирала свои тонкие брови, которые готовы были вот-вот и совсем покинуть ее лоб.

Я злорадно отметил, что не особо и широкий.

– Ты странный, – снова заявила она и поднялась, – И нам надо подумать, как отсюда сбежать.

– Никак, – я пожал плечами, – Стены из камня, похоже, мы в пещерах, или под землей. Так что выход только через ту дверь.

Я кивнул на решетку над нами.

Она задрала голову и нахмурилась. Потом посмотрела на меня.

– Лафадия, – представилась она, а я непроизвольно рассмеялся, девушка насупилась, – Что смешного?

– Не особо тебе подходит, – покачал я головой, – я бы скорее дал, – я задумался, – ну может Кулаф? Или Лафар? Ну, ни как не «Белая луна».

– Вот уж нет! – возмутилась она, – Лафадия! И рыжей я стала не сразу!

– Да ну? – засомневался я.

– А вот и да! Это от магии огня так.

Я смолчал. Честно говоря, магией мало кто обладал.

Даже среди эльфов и горного народа. Девушка не так проста, как я думал. Надежда снова подняла голову, может, за ней все-таки придут?

– Так что вот и молчи! – она ткнула в меня пальцем, – Самого-то как зовут?

– Руфис, – и теперь рассмеялась рыжая, – По крайней мере, мне больше подходит, – огрызнулся я, тоже вставая. Сверху послышались шаги, а потом заскрипела и цепь замка. Лафи тоже напряглась. Из люка нам спустили лестницу.