Спартанец: Спартанец. Великий царь. Удар в сердце

К счастью, Тарасу еще не приходилось ходить вокруг столба, но он несколько раз наблюдал за процессом со стороны и решил, что лучше учить грамматику. Орать «на всю ивановскую», что он полный идиот, было как-то обидно. Особенно если за этим наблюдал Деметрий и остальные бойцы.

Местная грамматика была не очень сложной, и Тарас постепенно ее осваивал, несмотря на то что пропустил немало уроков, ведь остальных начали учить гораздо раньше. Но он был способным учеником. Впрочем, как быстро понял Тарас, от будущих воинов не требовали слишком многого.

Надо было всего лишь научиться читать и писать, да и то по минимуму, чтобы при крайней необходимости прочесть приказ, какую-нибудь табличку или надгробную плиту. Книг здесь, кажется, не держали вообще. Ни в каком институте или аспирантуре потом не ждали с распростертыми объятиями, а обучение продолжалось всю жизнь в спартанском духе: война, гимнастика и снова война.

– Главное для настоящего спартанца, – вдалбливал им надзиратель лагеря, – уметь держать оружие, подчиняться старшим и с честью умереть за родину, прославив ее на поле боя.

Спартанцы никогда не отступают, сколь бы силен ни был враг. Они либо побеждают, либо умирают. И горе тем, кто бросит оружие или побежит. Он не найдет приюта на родине. Никто не зажжет ему очага.

И Тарас волей-неволей пропитывался этими идеями своей новой родины. Получалось, что вся знакомая ему стратегия войн будущего, предполагавшая иногда тактическое отступление, для спартанцев не имела пока никакого значения.

У них была своя, очень простая стратегия: не отступать.

Продвигаясь все ближе к Спарте, столице грозного для соседей и богатого, как он полагал, государства, Тарас тем не менее не замечал вокруг шикарных дворцов и особняков местной знати, хотя дорога шла явно через чьи-то имения. Лишь изредка попадались простые дома из камня. Они по большей части прятались за холмами, и Тарас не мог как следует их разглядеть. Но и того, что было видно с дороги, хватало, чтобы понять – все эти люди жили без лишней роскоши.

«Наверное, – продолжал себя убеждать Тарас, вышагивая по каменным плитам, – здесь обитают не самые богатые». Хотя внутренний голос подсказывал ему, что земля вокруг столицы во все времена была самой желанной и дорогой. И все-таки здесь, в Спарте, все было как-то иначе. Не так, как у людей.

– Ну прощай, – остановился у развилки дорог Механид, кивнув в сторону холма, за которым виднелось очередное имение, – ты прибыл.