Свет

Диана боялась собак, и теперь как видишь, – лайка весело гавкнула и лизнула Макса за руку. – может становиться любой собакой. А я… Я очень боялся острых предметов. -

Максим взмахнул рукой, и на месте каждого пальца появился острый нож. – Самая бесполезная способность. Здесь нельзя ни ранить, ни убить. – он провел лезвием по ее запястью. Там появилась рана, но уже через секунду кожа снова срослась.

– Мне даже не больно.

– И не может быть. Кстати, символ твоей способности появляется на запястье.

 – он и Карина закатали рукава. У Карины была татуировка с символом огня, а у Максима – нож. Диана дала Лине правую лапу, и девушка рассмотрела под шерстью символ собачьей лапки.

– Еще тебя интересовало, почему мы в Гарде? Ну во-первых, так решили Вайны. Во-вторых, так сказал Свет.

– Какой Свет?

Макс и Карина взмахнули правой рукой с символом, и из него загорелся яркий черный свет.

– Ого…

Лина посмотрела на свое правое запястье.

Там татуировки не было.

– Наверное еще не появилась. У нас черный Свет, у Айвенов – белый. Интересно, что в Арвене способность – это главная радость человека при жизни.

– Но что у вас в жизни случилось, что вы стали такими депрессивными?

– Эмм… Ну… – парень опустил взгляд. – Меня ненавидели в школе. Я был очень тихим, не мог дать сдачи. Вот все и издевались при первой возможности. Однажды я заснул, искренне не желая проснуться, и открыв глаза лежал уже здесь.

Вдруг к Диане вернулся ее прежний человеческий облик:

– Я приемная. Все, кто забирал меня из детдома, спустя месяц возвращали назад, говоря, что я очень энергичная. И как-то раз я очень привязалась к одним людям – Еве и Майку, и услышала, как они обсуждают, стоит ли мне дальше жить с ними. В слезах я заснула и проснулась здесь. – в глазах Дианы пропала всякая радость.

– Но почему ты не в Арвене? Ты такая лучезарная! Я еще не встречала такого милого человека! – удивилась Лина.

Диана взмахнула правой рукой, и символ собачьей лапки загорелся ярким черным светом.

– У меня черный Свет. Значит я – Хард.

– А какая история у Карины?

– Я не люблю об этом говорить. – впервые спокойно ответила Карина. Такой тон удивил Лину.

Макс стал говорить тише:

– Ее родителям было абсолютно плевать на дочь. Они постоянно пили, и Карина всю жизнь была предоставлена сама себе.