Перевернутый. Шут

Нахмурившись, Пьер медленно открыл глаза, которые все еще были золотого цвета, и, сжав руку в кулак, резко дернул ее, направляя в высокое дерево на другой стороне дороги, этим разрывая контакт с созданным им светом. Пьер почувствовал небольшое головокружение, когда контакт со светом был порван и молния с большой силой ударила дерево, в которое он ее направил. Дерево вспыхнуло как спичка и начало падать, но, прежде чем оно успело коснуться земли, Пьер с помощью силы мысли потушил огонь, предотвращая этим пожар в лесу.

Гром перестал греметь, и лучи солнца осветили землю. Пьер окинул округу взглядом, начиная разбирать шепот голосов, пытающихся ему что-то сказать, но, несмотря на все усилия, даже после того, что он сделал, Пьер не мог разобрать слова. Единственное, что он понимал, это то, что округу окутала негативная энергия, причину которой он никак не мог найти. Глаза Пьера снова сверкнули, когда он изменил свое зрение, благодаря которому он мог теперь видеть все, что происходило за несколько километров и сквозь любые объекты.

Николас настороженно смотрел по сторонам с беспокойством на лице. Это была плохая идея использовать сейчас необычные способности Пьера, и Николас прекрасно это понимал, надеясь на удачу.

Продолжая соблюдать молчание, Пьер привязал коня за уздечку к ближайшему дереву около дороги и углубился в лес, достав меч из ножен. Николас последовал за ним, не собираясь оставлять друга одного.

Чем больше они уходили в чащу, тем отчетливее становились голоса, однако несмотря на это Пьер все равно не мог разобрать, что они говорили.

Вскоре на деревьях начали появляться странные отметки, похожие на следы от когтей какого-то зверя. Но сколько бы Пьер ни напрягал свое зрение, он не видел вокруг кого-либо, способного оставить такие отметины, из-за чего упрямо продолжал идти вперед. Но вот на пути стали попадаться клочки ткани, большинство которых было окровавлено, и с каждым шагом, атмосфера вокруг них становилась все тягостнее. Наконец они вышли на большую поляну, и, как только Пьер вступил на нее, голоса, которые до этого момента еле шептали, буквально обрушились ему на голову, оглушая его. Пьер, вскинув руки, схватился за голову и, пошатнувшись, упал на колени. Николас подоспел к нему, помогая подняться на ноги.

Игнорируя причитания своего слуги и ужасную головную боль, Пьер быстрым шагом направился на середину поляны, и чем ближе он к ней подходил, тем сильнее боль в голове давала о себе знать и тем громче были голоса.