Академия крестных фей

Платье янтарного цвета, сделанное из мелких бабочек, плотно покрывало тело обворожительной Лиссенды. Да что там! Девушка сама парила, как та бабочка, сопровождая легкий стук своих каблучков мелодичным смехом, словно шелест тихого горного ручейка.

Фиалка отлично постарался. Только мне теперь хотелось завыть. В голос. От злости.

– Я – несчастливица, – сипло прокомментировала Ива, в расстроенных чувствах разглядывая свое крестьянское голубое платье.

Мне хотелось приободрить, сказать, что не все так плохо и вообще такого платья, как у нее, нет ни у кого, когда в зал вошел Его Великолепие – принц Себастьян.

– Милые леди… – приветственно начал он, да так и не закончил, устремив взгляд на непревзойденную Лиссенду.

Он сдержался. Волю эмоциям не дал. Знал, что за каждым его движением и шагом следят. Если бы не это, наверняка подошел бы к красавице. Это и стало последней каплей. Я не выдержала. И как бы разум ни пытался меня остановить, эмоции уже действовали, вынуждая скрыться за колонну, где я рискнула все-таки вызвать палочку.

Просто в человеческом обличье управлять ею не всегда удается.

– Раз уж такая вся яркая, то пусть тебя надолго запомнят!

И незаметно выпустила поток магии, подкрепляя свое волшебство силой слов. Сработало. Всего лишь миг – и бабочки на платье Лиссенды неожиданно ожили, чтобы в следующую секунду оставить свое насиженное место и взлететь ввысь.

Зал ахнул. Ахнула и Лиссенда, которая совсем не ожидала оказаться перед столькими свидетелями без наряда.

Лицо ее стало багровым. Она поспешно скрылась за высокий вычурный вазон, нервно всхлипывая от унижения. Увы, вазон был слишком мелок и нисколько не скрывал белоснежные панталоны, развратные чулки и корсет, из которого неприлично вываливалась весьма немаленькая грудь.

Может, я и плохая фея, но сдержать злорадный смешок не смогла, пряча палочку и возвращаясь в строй конкуренток, где как раз яро обсуждали случившееся.

И, к моему удивлению, большинство оказалось скорее восхищены волшебством наряда Лиссенды, нежели возмущены лицезрением ее откровенно развратного вида. Принц так и вовсе проявил чудеса галантности и накинул на плечи дрожащей девушке свой камзол, одновременно с тем укутывая в него и приобнимая за талию.

– Вы волшебница? – с удивлением и гордостью поинтересовался его высочество. – Это было прекрасно, хоть и довольно смело.