Эра Мифов. Эра Мечей

Если предложили кров тебе, то нельзя ли и нам его получить?

Рэйт был ошеломлен. Он ожидал, что разговор повернется иначе.

– Я… Э-э, это не мне решать.

Он снова обернулся к Персефоне. Она захлопала глазами, потом кивнула.

– Похоже, госпожа не против, – сказал Рэйт. – Добро пожаловать в Далль-Рэн.

– Чудно! – Нифрон улыбнулся. – Где Маккус?

– Маккус?

– Он же здесь вождь?

На этот раз заговорила Персефона, стоявшая под прикрытием ворот.

– Вождь Маккус был… Дело в том, что он умер. Кажется, лет семьдесят тому как.

Он был пра-пра-прадедом моего мужа.

– Вот как, – вздохнул Нифрон. – Ну, а то чудное винцо у вас осталось? Бледно-красное, с привкусом орехов? Я нахваливал его бойцам всю дорогу.

– Когда-то у нас был виноградник, на склоне хребта, – вспомнила Персефона. – Но мы потеряли его в засуху много десятилетий назад.

Нифрон насупился.

– Хоть что-нибудь тут осталось?

– Нужда, – ответила Персефона. – Ее у нас всегда в избытке.

Бог посмотрел прямо на нее. Их взгляды встретились, он улыбнулся и кивнул.

– Ну, хотя бы это у вас есть.

Глава 11

Наставница

«У рхулин-рхунов было семь кланов, у гула-рхунов – три. Каждым кланом правил свой вождь. В случае необходимости кланы объединялись и выбирали единого вождя, которого мы называли кинигом, позже от него произошло слово король. У фрэев не было ни кланов, ни вождей. Ими правил один фрэй, которого называли фэйном».

    «Книга Брин»

Три камешка упали на мраморный пол. Один покатился к Арион, она подняла гладкий голыш размером с яйцо и протянула Мовиндьюле.

Сын фэйна вел себя так, будто камешек весил целую тонну – каждое движение свидетельствовало о неимоверных усилиях. Он даже дышал с трудом, вздыхая так, словно ему не хватает воздуха. Юноша стоял с хмурым видом, склонив голову и сгорбившись так сильно, что рукава его ассики соскользнули вниз и прикрыли кисти.

– Не могу.

– Попробуй еще раз, – настаивала Арион.

– Не хочу.

Приемную дворца Арион выбрала из-за высокого потолка.

Она выгнала слуг, чтобы им никто не мешал заниматься, и именно здесь, у подножья главной лестницы, между роскошными фресками, гобеленами, полированным камнем и вазами с цветами они сошлись в поединке характеров.

– Меня это не волнует. Делай! – Арион сложила руки на груди, желая прекратить спор, однако перед ней стоял не обычный ученик. Мовиндьюле был принцем, двадцатипятилетним сыном фэйна Лотиана, и всю свою жизнь он провел в уединении дворца Тэлвара.