Эра смерти. Эра империи

Ей казалось, что ее ждет замечательное приключение, дающее возможность вновь увидеть родных и близких, не говоря уж о ни с чем не сравнимом шансе узнать истинную природу мироздания, что сделает «Книгу Брин» самым невероятным начинанием, которое она могла вообразить. С тех пор Брин узнала, что существует нечто пострашнее смерти, и пришла к выводу, что Малькольму, возможно, не стоит доверять.

Неужели мы правда работаем на злого бога? Неужели Дроум и Феррол правы?

Брин всегда нравился Малькольм. Он был добрым, дружелюбным, тихим и немного неловким, поэтому рядом с ним было приятно находиться.

Никто не говорил о нем ничего плохого – пока они не встретили Мьюриэл. Она его ненавидела. Тэтлинская ведьма оказалась совсем не такой, какой ее представляла Брин. Вместо уродливой злобной карги перед ними предстала красивая, добросердечная женщина. А еще Дроум, которого Арион считала добродушным. Он назвал Малькольма злым тираном, правившим миром с помощью «острых как бритва когтей и каменных сапог».

Теперь и Феррол высказала похожее мнение.

Не тебе служить злому богу. Разве ты не должен это чувствовать? Неужели не видишь разницы?

Однако Роан, гномы и Тресса преклонялись перед Малькольмом. Брин понятия не имела, что произошло в кузнице в ночь гибели Рэйта, и не понимала, почему именно Тресса так ему преданна. Добродетельной супругу Коннигера точно не назовешь.

А вдруг Малькольм привлек Трессу как раз тем, что он бог зла? Неужели он всем нам лгал?

В голове мелькнула мысль, не рассказать ли об этом всем остальным – и она рассказала бы, будь с ними Мойя, – однако Брин чувствовала, что сейчас, когда они блуждают по темному лесу Нифрэла, а за ними по пятам следуют богиня и медведица, всем и без того плохо.

Нельзя обрывать последнюю нить надежды, за которую они держатся. Вероятность того, что Малькольм – зло, потрясет Роан и Дождя и уничтожит Трессу. И хотя Брин начала сомневаться в том, что им стоит продолжать поход, другого выхода у них не было, и она решила, что не следует пробивать дыры в лодке, пока не видно берега.

Похоже, Тэш, ты все-таки был прав. Великая Элан, как же я по тебе скучаю.

Интересно, что с ним сейчас?

Он уже выбрался из болота? Горе подтолкнуло его действовать быстрее, и он убил Нифрона? Может, тот звон, который мы слышали, возвещал о смерти предводителя галантов? А может, с тех пор, как мы оказались в Пайре, прошли годы, и Тэш нашел другую и забыл меня.

Ворон держался поблизости.

Брин не всегда замечала его.