Эра смерти. Эра империи

– Долото или пила вполне справятся.

Имали улыбнулась:

– Я не это имела в виду. Я говорила не о том, чтобы снять его физически… – Она замолчала и прищурилась, внимательно глядя на шею Сури. Что-то привлекло ее внимание, что-то новое. Имали потянулась рукой к ошейнику, но замерла. – Можно?

Опять демонстрирует хорошие манеры.

Вместо ответа Сури пожала плечами.

Имали коснулась ошейника. Сури почувствовала, как тот едва заметно сдвинулся, и услышала металлический щелчок. На мгновение Сури решила, что Имали расстегнула его, но кольцо не стало свободнее.

Ничего не изменилось.

– Как странно, – произнесла Имали, убрав руку. – В замке на твоем ошейнике нет замочной скважины.

– Что это значит?

– Это значит, что его нельзя снять, кроме как… ну, как ты и сказала, срезав его.

Имали поджала губы. Ее что-то беспокоило.

Сури не могла понять, в чем дело, и решила, что раз Имали не готова об этом говорить, лучше подождать.

Имали успокоилась, то ли приняв решение, то ли на время отложив его принятие.

Бросив взгляд на дверь, она спросила:

– Сури, зачем Нифрон прислал тебя? Он не дурак, а отпустить сюда того, кому известна тайна создания драконов, – большая тактическая ошибка. Зачем ему рисковать кем-то настолько ценным?

Сури фыркнула:

– Нифрон никуда меня не посылал и никогда не считал меня ценной. Он годами называл меня ни на что не годной, потому что я отказывалась создавать других гиларэбривнов. Вы называете их драконами. Нифрон с вашим фэйном во многом похожи. Ни один из них не заинтересован в мире.

Но Арион была в нем заинтересована, и Персефона тоже, и это она меня прислала. Ну, «прислала» – наверное, не совсем подходящее слово. Она попросила, и я согласилась. Согласилась, потому что так хотела Арион.

– Кто такая Персефона?

– Вождь нашего народа. Мы называем ее киниг, это то же самое, что ваш фэйн. Нифрон командует ее войском.

Имали с трудом удалось сохранить равнодушное выражение лица, но ее изумление не укрылось от глаз Сури. Пожилая фрэя долго молчала, прежде чем продолжить:

– И все же, разве эта женщина, Персефона, не боялась, что ты… что мы заставим тебя выдать тайну создания драконов?

– Может быть.

Не знаю. Она думала только о том, что меня могут убить, но я владею Искусством, так что ни одна из нас особенно не волновалась. Думаю, надежда на спасение жизней и воцарение мира была слишком желанным призом, чтобы отказаться от него из-за страха. Конечно, никто из нас не ожидал этого ошейника.