Мистер Белый: Революция. Часть 4

Заиграла музыка, которая в какой-то мере помогла побороть тревожность. Смертельная тишина и вправду напрягает.

Вдруг в объектив глаз попался человек грузного телосложения. Он махал рукой. По чёрным джинсам и идентичного цвета куртке нараспашку, (оттуда выглядывала бежевая кофта, чей владелец ходил в ней всё время года, кроме лета), было нетрудно догадаться, кто стоит перед Ричардом. У человека ладони оставались неприкрытыми, что свидетельствовало об отсутствии перчаток. Ноги Ричарда резко потупились, а музыку Чайковского, передаваемая из колонок, хотелось выключить.

Подросток надел куртку с воротника до манжета пропитанную прохладой, и теперь всем телом стал греть вещь. Слышались шаги со двора, как кто-то подходит. Сердце застучало. Ричард собрался с мыслями, сжал кулаки и выдавил из себя защитную реакцию – серьёзное лицо. Сейчас он будет показывать, как сильно не боится *собаки*.

– Привет, что тебе нужно?

– Салам, можно к тебе в дом?

Руки у этого парня загнаны в карманы верхней одежды. Его умение стоять на земле просто восхищала.

– Это ещё зачем?

Ричард стал поспешно закрывать дверь. Человек на него смотрел точно в душу.

– Можно с тобой закорешиться? – с особой уверенностью сказал он.

– Что? – Дэвис притормозил коней и вернулся в прежнее русло, расширяя дверной проём с каждой секундой.

“Это какой-то розыгрыш…”.

– Потом объясню.

– Ты не охренел ли? А если я тебя не впущу?

– Слушай. Я правда хочу с тобой подружиться.

Полноватый мальчик протянул руку.

– Ты сколько моих нервов потратил? Катись калачиком, парень!

Ричард со всей дури захлопывает дверь. В моменте он осознал, насколько это неуважительное действие по отношению к родителем, особенно когда они ещё спят. Его сердце вздрогнуло. Дэвис закрыл глаза. Характерного хлопка не последовало. Резиновый сапог Оллскопа сделал своё дело.

– Ай… – последовало тихое по ту сторону двери. “И что мне делать? Если не отстанет, беребужу всех тут нахрен”.

– Ты задрал. Входи. Только тихо. Родители у меня дома спят.

– Это я понял, брат.

“Не называй меня братом!”, вот что хотел ответить Ричард. Но все, как назло, храпят.

Оллскоп прошёл через порог, снял свои поношенные кроссовки, которым три года от приобретения, и поставил, как положено, на подставку. Сразу видно – чужак в доме.