Кровавая работа

Лицо мужчины занимало весь экран, не позволяя разглядеть, что творится вокруг. Досадная оплошность банковской службы безопасности. Справедливости ради, такие камеры предназначались для того, чтобы запечатлевать физиономии аферистов, но никак не записи вооруженного ограбления.

Корделл ввел ПИН-код, но вдруг напрягся, бросил опасливый взгляд за спину. Очевидно, услышал, как на парковку въезжает «чероки». Осуществив транзакцию, Корделл занервничал. Мало приятного снимать наличку посреди ночи, пусть даже в ярко освещенном филиале посреди благополучного района.

Сам Маккалеб пользовался банкоматом в круглосуточном супермаркете – безопасно и малолюдно. Корделл с тревогой покосился назад, кивнул кому-то вне поля зрения и снова повернулся к терминалу. Похоже, грабитель еще не натянул маску. Несмотря на внешнее хладнокровие, Корделл впился глазами в лоток для выдачи купюр и, казалось, мысленно подгонял: быстрее! быстрее!

В следующую секунду на экране возник пистолет. Дуло уперлось в левый висок, грянул беззвучный выстрел, оборвавший жизнь Джеймса Корделла.

На объектив камеры брызнула кровь. Корделл начал заваливаться вправо, цепляясь за стену, а после рухнул ничком перед банкоматом.

Стрелок шагнул в кадр и выхватил из прорези банкноты. Поймав крупный план, Маккалеб остановил запись. Последние сомнения отпали – перед ним был человек, убивший Глорию Торрес. Маска, спортивный костюм – все совпадало. Уинстон права, тут не надо никакой экспертизы. Отдел баллистики лишь документально подтвердил интуитивные догадки детективов.

Оба убийства совершил один и тот же человек. Та же одежда, тот же принцип, те же бесстрастные глаза в прорезях маски.

Маккалеб снова нажал воспроизведение, и картинка ожила. Стрелок забрал купюры и, по всей видимости, сказал что-то. Правда, на сей раз он не смотрел в объектив, как в магазинчике, а стоял вполоборота к камере, поэтому едва ли его реплика предназначалась зрителю – скорее, самому себе.

Убийца быстро переместился в левый угол экрана и наклонился, чтобы подобрать гильзу.

Потом метнулся вправо и исчез. Маккалеб ждал. С минуту в кадре не было ничего, кроме распростертого на тротуаре Джеймса Корделла. Под его головой растекалась лужа крови. Алый ручеек попал в стык между плитами и заструился на мостовую.

Вскоре появился третий участник драмы – Джеймс Нун, с обширной плешью на затылке и в очках в тонкой оправе. Он склонился над раненым, проверил пульс на шее и затравленно огляделся. Потом вскочил и скрылся из виду.