Кровавая работа

За три года общения между ними установилась тесная связь, выходившая далеко за рамки стандартных отношений «врач – пациент». Маккалеб искренне считал Бонни другом и надеялся, что это взаимно. Они неоднократно обедали и увлеченно спорили обо всем на свете, начиная от клонирования и заканчивая судом над О. Джеем Симпсоном[1 - О. Джей Симпсон – американский футболист и актер, обвиняемый в убийстве супруги и ее любовника. После нескольких судебных процессов был оправдан. – Здесь и далее примеч. перев.]. Маккалеб тогда выиграл у Бонни сотню долларов, угадав первичный вердикт.

Из-за непоколебимой веры в правосудие доктор Фокс совершенно не учла расовую подоплеку дела, очевидную опытному агенту ФБР.

Каким бы ни был предмет спора, Маккалеб неизменно занимал противоположную сторону, просто чтобы подстегнуть дискуссию. Сейчас Бонни сопроводила свой вопрос выразительным взглядом, давая понять, что готова к очередной баталии.

– Стоит ли вообще заниматься этим. – Маккалеб обвел рукой палату, явно подразумевая всю клинику.

 – Извлекать органы у одних, пересаживать их другим. Иногда я чувствую себя современным Франкенштейном, собранным из нескольких человек.

– Не драматизируй. Тебе пересадили единственный орган, взятый у одного человека.

– Но орган немаловажный, согласись? Знаешь, все агенты ежегодно сдают норматив по стрельбе. Ну, стреляют по мишеням. Первый разряд присваивают тем, кто попадает в сердце. Голова по очкам ценится ниже. Всадил пулю в сердце – выбил десятку.

Высший балл.

– Опять завел шарманку, что мы заигрались в Господа Бога? Я думала, это пройденный этап.

Улыбнувшись, Бонни покачала головой, однако ее улыбка вскоре померкла.

– Терри, не темни. Что стряслось?

– Не знаю. Наверное, комплекс вины.

– Винишь себя за то, что выжил?

– Не знаю.

– Хватит валять дурака. Мы ведь это обсуждали. У меня нет времени на комплекс выжившего. Собственно, выбор очевиден. На одной чаше весов жизнь, на другой – смерть.

Нетрудно угадать, какая перевесит. Так из-за чего терзаться?

Маккалеб поднял руки, признавая свое поражение. Бонни умела разложить все по полочкам.

– Старая песня, – продолжала она, раздосадованная его быстрой капитуляцией. – Два года ты ждал донора, был буквально на волосок от смерти, а теперь вздумал посыпать себе голову пеплом? Терри, выкладывай, что случилось. И не пытайся пудрить мне мозги.

Маккалеб только вздохнул. Бонни видела его насквозь.