Поэт, или Охота на призрака

Тринадцатого марта – в день, который мог стать тринадцатым днем рождения Бобби, – Брукс сидел дома в своем любимом кресле и сочинял стихи: он не раз говорил, что это хобби помогает ему отвлечься от работы. Как было установлено впоследствии, перед этим он принял две таблетки перкоцета, остававшиеся в его домашней аптечке после лечения ранения, которое детектив получил год назад. Однако в своей тетради Брукс написал только одну строчку; затем он вставил в рот ствол табельного пистолета и нажал на спусковой крючок.

Тело детектива обнаружила вернувшаяся с работы жена.

Смерть мистера Брукса отняла его у близких и друзей, но многочисленные вопросы остались. Как это могло произойти? Почему никто не заметил никаких признаков надвигающейся беды? Даже доктор Кантор в ответ только сокрушенно качал головой, не в силах что-либо объяснить.

«Человеческий разум, – сказал врач-психоаналитик, оставшись в тиши своего кабинета наедине с нашим корреспондентом, – это удивительный, непредсказуемый и подчас опасный механизм.

Я уверен, что мы вместе с Джоном продвинулись в лечении довольно далеко, однако теперь становится очевидным, что до конца мы так и не добрались».

Психоаналитик прав: гибель Брукса в определенной степени остается для окружающих загадкой. Удивительной была даже его прощальная записка – последняя в его жизни строчка не проливает почти никакого света на причины, которые заставили детектива выстрелить в себя.

«Сквозь бледную дверь, за которой Беда…» – вот каковы были последние написанные им слова, однако мистер Брукс не сам придумал их, но позаимствовал у Эдгара Аллана По.

В своем стихотворении «Заколдованный замок», которое впервые появилось в одном из самых известных рассказов По «Падение дома Ашеров», знаменитый американский поэт писал:

И путники видят в том крае туманном,

Сквозь окна, залитые красною мглой,

Огромные формы в движении странном,

Диктуемом дико звучащей струной.

Меж тем как, противные, быстрой рекою,

Сквозь бледную дверь, за которой Беда,

Выносятся тени и шумной толпою,

Забывши улыбку, хохочут всегда[3 - Перевод К.

Бальмонта.].

Неизвестно, что означали эти строки для мистера Брукса, однако даже людям, далеким от психиатрии, очевидно, что в них содержится меланхолический императив, возможно подтолкнувший детектива завершить последний акт трагедии выстрелом.

Между тем убийство Бобби Сматерса остается нераскрытым.