Последнее шоу

Раньше там располагалась открытая веранда английского паба «Кот и скрипка», излюбленное место отдыха копов из Голливудского участка – после работы, а иной раз и во время нее. Года два назад заведение закрылось, не справившись с ростом арендной платы, и теперь здание пустовало. На сегодня его экспроприировали и устроили во дворе загончик для свидетелей.

Арку, ведущую в сад, караулил еще один патрульный. Он кивнул, взглянув на Бэллард, и та протиснулась в щель между створками кованых ворот. Дженкинс сидел за каменным столом и делал какие-то пометки в блокноте.

– Дженкс! – окликнула его Бэллард.

– Я за него, – отозвался Дженкинс. – Слыхал, та девица не выжила.

– Перестала дышать еще в «скорой». Воскресить не смогли. Я с ней так и не поговорила. Есть что?

– Не особо. Когда началась стрельба, те, кто поумнее, залегли на пол. А самые умные разбежались на все четыре стороны, так что здесь их нет. Насколько мне известно, мы освободимся, как только для этих бедолаг найдут автобус. Этим занимается убойный отдел.

– Нужно с кем-нибудь переговорить. По поводу той девушки.

– Ну, тогда тебе надо к Оливасу или кому-то из его ребят. Не уверен, что тебе этого хочется.

– А что, у меня есть выбор? Ты же прилип к этой скамейке.

– И, заметь, не по собственной воле.

– Никто из здешних не видел, как подстрелили официантку?

Дженкинс обвел взглядом столы, за которыми ждали человек двадцать голливудских хипстеров и завсегдатаев ночных клубов, все в пирсинге и татуировках.

– Нет, но насколько мне известно, когда началась стрельба, девушка принесла в кабинку напитки.

Там было четверо. Один выхватил пушку и пристрелил остальных троих на месте. Все, включая стрелка, бросились к выходу. По пути он уложил твою официантку. И еще вышибалу.

– И никто не знает, в чем дело?

– Из этих, – он махнул рукой на свидетелей, – никто.

Один из сидевших за соседним каменным столом, похоже, расценил этот жест как приглашение. Встал и подошел, позвякивая цепью, идущей от ремня к заднему карману черных джинсов.

Должно быть, к цепи был пристегнут бумажник.

– Слышь, чувак, когда мы тут закончим? – спросил он, обращаясь к Дженкинсу. – Я ничего не видел, ничего не знаю.

– Повторяю, – сказал Дженкинс, – никто отсюда не уйдет, пока детективы не возьмут у всех показания. Вернитесь на место, сэр.

Голос его прозвучал грозно и властно, полностью нивелируя значение слова «сэр». Хипстер на секунду застыл, не сводя глаз с Дженкинса, а потом вернулся к своему столу.