Последнее шоу

Стоит ли добавлять отцу горя, стоит ли приставать с вопросами, которые могут оказаться бесполезными для дела?

И тут раздался голос отца:

– Все из-за этой сволочи, ее бойфренда. Это его нужно было убить. Это он устроил ее на работу в тот клуб.

Бэллард приняла решение.

– Мистер Хэддел, мне нужно задать вам несколько вопросов. Не исключено, что ваши ответы помогут следствию.

6

Вернувшись в Голливудский участок, они распределили бумажную работу. Дженкинс взял себе дело Лантаны, с которого началась смена, а Бэллард согласилась написать рапорты по Рамоне Рамон и Синтии Хэддел.

Разделили не поровну, зато на рассвете Дженкинс гарантированно уйдет с работы и будет дома к тому моменту, когда проснется его жена.

Работа все еще называлась бумажной, хотя выполнялась на компьютере. Бэллард решила начать с дела Хэддел, чтобы закончить рапорт, прежде чем о нем спросит Оливас. К тому же ей хотелось придержать дело Рамоны для себя, и чем дольше тянуть резину, тем больше шансов, что ее желание осуществится.

Собственных столов в детективном отделе им не полагалось, но по ночам в огромном зале было безлюдно, так что и у Бэллард, и у Дженкинса были излюбленные места для работы. Выбор был в первую очередь продиктован удобством стульев и степенью износа экранов мониторов. Бэллард предпочитала стол в секции автокраж и угонов, а Дженкинс садился в другом конце зала, в секции преступлений против личности. Детектив, работавший за этим столом в дневную смену, поставил себе особый стул, купленный в магазине «Расслабьте спину».

Дженкинс очень ценил этот стул. Тот был пристегнут к столу длинным противоугонным тросом для велосипеда, так что Дженкинс не мог переставить его на другое место.

Составление рапортов давалось Бэллард без труда: в прошлом она окончила факультет журналистики Гавайского университета. Репортером пробыла недолго, но опыт написания статей и университетская подготовка оказались неоценимым подспорьем в бумажной работе.

Бэллард не страшилась поджимающих сроков и могла составить план рапорта о преступлении или жертве еще до того, как садилась за клавиатуру. Ее короткие и четкие фразы оживляли любой документ. Еще этот навык был полезен, когда Бэллард вызывали в суд для дачи показаний. Она была искусной рассказчицей, и присяжным это нравилось.

Именно в зале суда жизнь Бэллард переменилась самым поразительным образом. Произошло это пятнадцать лет назад.