13 привидений

Раз, и мужик спрыгнул на другой стороне, стянув за собой Артема.

На открытом пространстве дождь стал плотнее и сек теперь по открытым участкам тел, будто когти точил. Бритоголовый несколько секунд озирался по сторонам, а потом потащил свою ношу к тиру. То и дело он останавливался, непрерывно бормоча под нос ругательства, пока не заметил что-то вдалеке. Вскрикнув от испуга, он пошел быстрее и говорить стал громче:

– Уроды! Че вам надо от меня? А?

Лысый резко менял направление, дергая Артема за футболку, отчего воротник врезался тому в горло.

– Отвалите на хер! – Мужик метнулся к бетонной урне и пнул ее, раз, другой, пока она не грохнулась на бок, усыпав асфальт обертками из-под мороженого. Со звоном покатилась пивная бутылка. Лысый подхватил ее за горлышко и хрястнул о поверженную урну.

– Не лезьте ко мне, суки! – он орал, тыча розочкой в воздух то в одну сторону, то в другую. Казалось, у него просто поехала крыша. Артема мотало, будто тряпичную куклу. Ворот мокрой футболки жег кожу, натягивался удавкой, зубы скрипели, а заплаканные глаза лезли из орбит.

Наконец он вывернулся, схватился за широченную скользкую ладонь, удерживающую его, и попытался разжать пальцы с наколотыми перстнями. Живые тиски не поддавались, и Артем стал царапаться, кусаться. Чужая кожа показалась резиновой на вкус, но он продолжал сжимать челюсти, даже зарычал, как маленький зверек. Пусть будет больно, пусть на руке останутся глубоко вмятые синяки… Он почувствовал, как кожа разъезжается под зубами, как в рот хлещет что-то теплое, солоноватое. Кровь. Лысый вопил, стараясь сбросить с себя мальчишку. Тот, немного обескураженный, отскочил и развернулся, чтобы бежать. И тоже увидел их.

Силуэты в дожде.

В ухо Артема врезался испещренный синим кулак. Голова дернулась, в черепной коробке будто свинцовый шар перекатился. Взгляд повело по нисходящей диагонали в темноту, подхватило тошнотворными волнами, пока тот слабо цеплялся за проплывающие мимо фигуры. Сколько их было? Артем не понимал.

Они стояли без движения то тут, то там и чего-то ждали. Голову Артема рвануло вверх, это лысый вновь схватил его за волосы. К горлу прижалось холодное клыкастое стекло.

– Сученыш! – прошипел мужик, его голос стал вдруг ближе, глуше, а в ноздри влез омерзительный смрад перегара, щеки коснулось горячее дыхание. – Неймется тебе? Мог бы потерпеть чуть-чуть и спокойно к мамке с папкой потом. А теперь этим больным уродам отсасывай.