Соломенные люди

Зандт остановился перед гостиницей, выключил двигатель, но не стал открывать дверцу, так что Нина продолжала сидеть рядом.

– Все еще хочешь есть? – наконец спросила она.

В машине начинало становиться холодно. Мимо уже прошли две пары, направляясь к главному зданию в предвкушении ужина.

Зандт вздрогнул, словно возвращаясь мыслями откуда-то издалека.

– Как пожелаешь.

Она попыталась улыбнуться:

– Мне все равно.

– Здесь – не все равно. Ужин с половины седьмого до девяти. Либо мы поедим сейчас, либо уже утром.

Завтрак с семи до восьми и не слишком обильный.

– Здесь что, нигде не купить даже гамбургера? Или чуть позже они уже и сэндвич не могут приготовить?

Зандт повернулся к ней, и на этот раз его улыбка выглядела почти настоящей.

– Ты ведь не из этих краев, верно?

– Нет, слава богу. Как и ты. Там, откуда мы родом, можно поесть, когда захочешь. Даешь деньги, и тебе дают еду. Современно и удобно. Или ты столь долго тут прожил, что обо всем забыл?

Он не ответил.

Неожиданно она уронила папку под ноги и открыла дверцу.

– Подожди здесь.

Зандт ждал, глядя через ветровое стекло, как она целеустремленно шагает к главному зданию. Голод, который он ощущал после дневной прогулки, давно прошел. Зато он чувствовал холод, как снаружи, так и изнутри. Он не привык иметь дело с теми, кто его знал, и ему было слегка не по себе – мысли и чувства никак не удавалось привести в порядок. Он долгое время провел в пути, и люди, которых он встречал, воспринимались лишь как некий фон: человек за стойкой бара, наполнявший его стакан; парень, несколько дней работавший на заднем дворе мотеля; некто на заправочной станции, который глядел в никуда поверх его машины, пока он заправлялся, а потом выехал на дорогу и быстро исчез.

В последнее время он почти ни о чем не думал, чему помогало полное отсутствие каких-либо зацепок, касавшихся его прошлого существования. Появление Нины все изменило. Он пожалел, что не уехал днем раньше и что она, приехав, не обнаружила, что его уже нет. Но Зандт знал о ее настойчивости куда больше других и знал, что если уж она решила его найти, то сделала бы это во что бы то ни стало.

Он посмотрел на лежащую на полу папку. Она была толстая. У него не было никакого желания к ней притрагиваться, не говоря уже о том, чтобы заглянуть внутрь. Бо?льшая часть того, что там находилось, и так уже была ему хорошо известна. Остальное наверняка мало чем от нее отличалось.