World of Warcraft: Вол’джин. Тени Орды

Он отмечал, что в его рацион входит больше мяса, чем у монахов, что имело смысл, учитывая его состояние здоровья.

Утро, день и вечер шли по одному распорядку: дела, еда и тренировки. Тренировки Вол’джина вращались вокруг силы и гибкости, обучения бою и познания своих физических пределов. Во второй половине дня тролль получал более индивидуальное обучение – снова со сменяющейся компанией монахов, потому что большинство из них посещало занятия. Они воссоединялись на физических упражнениях вечером, которые уже состояли, в основном, из растяжки и подготовки к крепкому ночному сну.

Монахи оказались хорошими учителями. Вол’джин наблюдал, как пандарены разбивают десяток досок одним ударом, и с нетерпением ждал, когда ему самому позволят попробовать проделать нечто подобное, потому что знал, что сможет. Но когда для него пришло время этого упражнения, вмешался настоятель Тажань Чжу. Вместо досок перед троллем поставили камень толщиной в дюйм.

«Вы смеетесь надо мной?»

Вол’джин пригляделся к монаху, но не заметил подвоха.

Впрочем, это не значило, что его не было – бесстрастное выражение лица пандарена могло скрывать что угодно.

– Вы хотите, чтобы я ломал камень. Другие ломают дерево.

– Другие не верят, что могут расколоть дерево. Ты веришь, – Тажань Чжу показал на щель за каменной плитой. – Отправь свои сомнения туда. Добей до них.

«Сомнения?»

Вол’джин оттолкнул эту мысль, потому что она отвлекала. Ему бы хотелось ее проигнорировать, но вместо этого он сделал так, как посоветовал монах.

Тролль представил сомнения в виде переливающегося сине-черного шара, разбрасывающего искры. Дал ему пролететь сквозь камень, чтобы зависнуть под ним. Затем приготовился, сделал глубокий вдох и резко выдохнул. Вогнав кулак в камень, Вол’джин раскрошил его, но не остановился, размазав и маленький шарик сомнений. Он мог бы поклясться, что не чувствовал сопротивления, пока не достал до шарика. Камень был ничем – хоть Вол’джин и стряхнул его пыль со своей шкуры.

Тажань Чжу уважительно поклонился.

Вол’джин ответим тем же, задержавшись в поклоне дольше, чем обычно.

Другие монахи поклонились вслед уходящему настоятелю, затем поклонились Вол’джину. Тролль ответил и им, и затем заметил, как снова сменилось их ударение на «цзинь».

Лишь позже, вечером, сидя в одиночестве в своей келье, прислонившись спиной к холодному камню, Вол’джин позволил себе осознать хоть что-то из того, чему научился.