Первый контакт

Макс посмотрел на огромное облако мусора на месте гибели «Центуриона», а затем снова перевел взгляд сначала на сине-белую заснеженную планету, а потом на соседнюю красную.

– Что скажешь, громила?– обратился он к сидевшему в соседнем пилотском кресле Гарри.

– А что тут сказать? – подумал вслух тот. – Красная планета нас не интересует, ее уже осмотрели ребята с «Эры». Остаются еще три планеты в этом секторе: «Кара-12», сине-белая, «Кара-13» и «14». Последние две подальше отсюда и вдвое меньше по размерам.

Предлагаю начать с ближайшего заснеженного шарика.

– Пожалуй, – согласился Макс, проводя рукой по волосам. – Все равно, пока не обнюхаем все оставшиеся планеты на предмет следов пребывания Загов, к шефу на глаза лучше не показываться.

– Ну да, – вздохнул Гарри, – где-то тут должна быть запрятана эта проклятая база. Ведь не зря же Заги облюбовали именно этот район.

Макс включил двигатели турбоглиссера и резко бросил его вперед, а затем влево, обходя огромное облако космического мусора прямо по курсу.

Гарри слегка вдавило в кресло.

– Полегче, гонщик, – пробормотал он.

Но Макс его не слушал. Он разогнал турбоглиссер до огромной скорости. Заснеженная планета под названием «Кара-12» росла на глазах. Ее иссиня–белый диск занял уже почти две трети главного экрана.

Гарри повернулся вполоборота к другу и, хлопнув его по плечу, заметил:

– Послушай, Макс, если ты решил покончить жизнь самоубийством, то я, пожалуй, катапультируюсь. А если нет, то уже пора тормозить, а то придется делать это прямо о поверхность.

– Спокойно, толстяк, – бросил Макс, не отрываясь от управления и едва успев отклонить глиссер от встречного метеорита, – я еще даже не разогнался. Хотя…

Челнок резко сбросил скорость и стал медленно падать на планету.

– Хотя ты прав, – сказал, наконец, Макс, – я вот подумал о том, что если база здесь все-таки есть, то она должна быть чертовски хорошо спрятана.

Гарри слегка успокоился. Он гораздо больше любил драться и стрелять, чем летать.

Про Макса такого сказать было нельзя. Он любил и летать, и стрелять, и взрывать. Наверное, потому он и стал специалистом по диверсионным задачам в подразделении «невидимых», а Гарри выполнял задачи непосредственного уничтожения противника, после его обнаружения. И это ему очень нравилось. В обычной армии ему бы тоже не плохо служилось, но здесь в его арсенале появились такие прибамбасы, что, попав к «невидимым» он и думать забыл про армию.