Первый контакт

Присоединяйтесь к моему сопровождению, но до тех пор, пока я не выйду на связь, оставайтесь невидимыми.

– Понятно, шеф. Будем вовремя.

– Конец связи, – Красс выключил канал и снова посмотрел в иллюминатор.

А затем активировал канал внутренней связи с пилотом.

– Как дела, сержант Толл?

– Все в порядке, капитан Красс, – отчеканил пилот, – перешли на крейсерскую скорость. «Ястребы» контролируют тыл. Никаких неопознанных кораблей в нашем секторе нет.

– Отлично. Как скоро мы достигнем орбиты Сатурна?

Возникла пауза.

Видимо, Толл сверялся с компьютерами.

– Через пятьдесят семь часов по земному циклу, если не изменится режим полета, – наконец сообщил пилот.

– Он не должен измениться, – подчеркнул Красс, – мы торопимся, сержант.

– Вас понял, – ответил Толл.

– Конец связи, – Красс отключил канал и решил немного вздремнуть, благо выдалась передышка.

Он открыл свой специальный кейс, который невозможно было уничтожить даже мощным направленным взрывом, и достал оттуда плоскую белую коробочку.

Это был дозатор сна, одна из первых разработок лаборатории «невидимых», позволявший отключаться на строго определенное время. В случае возникновения опасности он же выводил организм из состояния сна за считанные секунды. Красс установил ограничитель на пятьдесят часов, прикрепив дозатор на запястье правой руки, и включил его. Спустя пять секунд после легкого укола микрошприца со снотворным он уже спал сном младенца.

Обменявшись со службой контроля военной базы Сатурна кодами допуска, «Крестоносец» без лишних вопросов вошел в охраняемое поле планеты, буксируя за собой шаттл Загов в специальном магнитном поле.

Приземлившись на секретной базе, Макс и Гарри, не мешкая, определили челнок Загов в специальный ангар, – кто его знает, какая биологическая зараза в нем могла находиться. Затем Макс приказал «Невидимке», предварительно поболтав с ним пару минут о погоде на Плутоне, начать полное электронное сканирование систем корабля Загов и попытаться вытащить из него всю имеющуюся информацию.

К моменту прибытия на Сатурн сам раненый Заг уже пришел в себя и даже попытался освободиться от магнитных оков, но не смог. На удивление, пленник чувствовал себя в герметичной морозильной камере довольно сносно. Он уже открывал все свои четыре глаза, полные ненависти, и клацал челюстями, однако три дырки в теле все же сказывались на самочувствии.