По прозвищу Похититель. Глава Первая

Вы не можете использовать флуоксетин, чтобы убегать от своих призраков. Боюсь, что я вам категорически в этом откажу.

– Доктор Фонсека! Пожалуйста!

– Я не сделаю этого! Всеми своими чувствами вы знаете очень хорошо, что вы не психиатрический пациент. Ваш ум показал большую устойчивость в этом месте. Я вам советую продолжать держать себя в здравом уме.

– Ортега, уведите его.

– Как прикажете, доктор…

Тук-тук! Опять открывают дверь с другой стороны. Это этот придурок Ортега. Он только что сказал, что чудовищу нужно помыться.

Я не против. Я сделаю всё как надо, если на меня не будут давить. Так будет лучше. Температура воды ужасна, но я уже привык.

– Сегодня ты пообедаешь со всеми.

– Мне не нужно с вами обедать, Ортега. Достаточно того, что вы каждый лень меня сопровождаете, это будет неудобно, более чем сейчас.

– Ха-ха-ха! Послушайте-ка его! Ты пойдёшь с другими заключёнными.

– Я предпочитаю Юдит, чем их.

– Сеньорита Крус не придёт, так что собирайся.

После энного количества дней, месяцев или лет, я захожу со своим сопровождением в столовую.

Первым я вижу Лаартиху с ортопедическим воротником с двумя почти закрытыми глазами от отёка. Сейчас я вижу Иосифа, Робин и Улисес, этот клан педиков смотрит на меня, не отрывая глаз. Вижу так называемого “Плюшевого” – это его прозвище из-за его детского лица, он кажется невинным, но внешность обманчива. У него есть татуировка в виде креста под левым глазом и полностью татуированные руки – это визуальный эффект устрашения не работает на мне, я срежу его кожу и пойдёт кровь как и у всех остальных.

Я беру поднос, и повара дают мне еду. Выглядит она лучше, чем то, что мне обычно дают. Я замечаю, что это намного больше, чем мне дают в изоляции и это может быть плохим знаком. Я иду к пустому столику, последнему и прямо перед глазами у охранников, Лагартиха хочет сесть со мной, я пристально на него смотрю и качаю головой из стороны в сторону, чтобы он этого не делал. Я знаю, что это плохо закончится, я это предчувствую, потому что замечаю язык тела трёх обиженных.

Это не предположение, я много изучал человеческое поведение и язык тела.

Ожидаемое случается, Плюшевый садится напротив меня, что он хочет? Чёрт побери, то, что касается меня, у меня нет с ним никаких личных ссор. Это переломный момент, чтобы дать ему понять, что чтобы не случилось, я себя контролирую. Мне не страшно, просто моя кровь горяча и мне нужно, чтобы они поняли, что я абсолютно спокоен.