Курьер. Темная ночь души

Но Алена все же замерла на входе и обернулась к Ивану.

– Помнишь главное правило? – то ли при слове «правило», то ли от осознания почему оно вообще существует Ваня поежился и как-то немного осунулся.

– Не лезть туда, где темно…

– Верно. Сюда – можно, но только сюда. – Ваня кивнул. Конечно, он помнит его наизусть, как и все остальные выжившие. Но лучше лишний раз убедиться, чтобы у ребёнка не появилась смертельно опасная привычка вот так открывать любые двери во тьму.

Алена осветила фонарем пространство, уходящее вертикально вверх, еще раз проверив отсутствие сюрпризов.

Луч света вырвал из темноты ржавую, но вполне пригодную для использования лестницу, ведущую наверх.

– Я первая, как только долезу доверху – дам знак. – Ванька молча кивнул, но было видно, что ему некомфортно оставаться одному в этой трубе.

Прикрыв за собой дверь и заблокировав ее задвижкой, Алена первая полезла вверх. Внутри было душно – солнце раскалило металлическую трубу. Лезть в узком пространстве было не особо удобно, но привычно – она часто бывала здесь.

Руки уверенно цепляли арматуры-ступеньки. Вскоре она добралась до верхней площадки.

Песок плохо удерживал тепло, и несмотря на дневную жару, ночью на город часто опускался холод. И то ли от перепадов температур, то ли еще от чего – половина головы памятника отвалилась еще год назад. Получилась отличная площадка, с крышей над головой, тенью и прекрасным обзором в сторону Сити. Алена осмотрелась. Вокруг было тихо, и она негромко свистнула в трубу – кричать лишний раз не стоило, чтобы не накликать внезапную беду.

Ванька тяжело запыхтел снизу – начал подниматься. Он лез медленно, но верно. На последних ступеньках Алена подстраховала за куртку на всякий случай. Ванька вылез на площадку, оглянулся и ахнул от увиденного. Им, детям подземелья, редко выдавалась возможность забраться куда повыше.

Вдаль уходило полузасыпанное песком полотно трешки. Тут и там из-под песчаных барханов виднелись остовы машин, с которых ветер и песок словно шкуркой содрали краску.

По краям дороги высились все те же кирпичные многоэтажки с пустыми окнами-глазницами.

Ванька неотрывно следил за тем, как ветер гоняет песок по безлюдной дороге, и Алена поймала себя на мысли о том, что она знает о чем он сейчас думает. Снизу город выглядит по-другому. Ты не видишь километров брошенных машин и пустых домов, с обвалившимся крышами. Такие просторы не привычны.