Порог. Часть вторая

Циферблат со стрелками для Вильяма имел ничуть не меньшее значение, чем икона Пресвятой Богородицы для глубоко религиозного человека, поэтому остановившиеся часы, будь они карманными или настенными, вызывали у него точно такое же чувство, которое испытывают верующие при глумлении над святынями. Без понимания, который час, Вильям чувствовал себя слепым заблудившимся котенком, с которым в любую секунду может случиться беда. Есть такой вид особо пунктуальных людей, которые, даже находясь на пенсии и никуда не спеша, чувствуют ужасный дискомфорт, если не знают который сейчас час.

Вильям как раз относился к таким людям. И, например, если он решил прогуляться до продуктовой лавки в одиннадцать тридцать, то будьте уверены, именно так и произойдет. Вильям не позволит себе опоздать даже на несколько секунд, хотя его опоздание не будет иметь совершенно никакого значения ни для окружающих, ни для него самого.

Поэтому, все еще лежа с закрытыми глазами, Вильям Клевер снова дал себе клятву вызвать мастера не позднее, чем к полудню, и ему сразу же полегчало, несмотря на то, что до полудня еще оставалась целая вечность, в которую придется постараться смириться с этим неслыханным безобразием.

Да чёрт с этими часами! Вильям, позабыв о часах, снова расплылся в блаженной улыбке.

Не в них счастье!

Счастье в том, что у него всё получилось!

У них с Мери всё получилось!

Смерть безжалостно держала их дом в изнурительной осаде, но вместе, бок-о-бок, несмотря на то, что уже почти потеряли боевой дух и возможность сопротивляться, они нашли в себе силы перейти в наступление и выиграть войну, удержав власть над жизнью.

Горе позади! Оно навсегда ушло в прошлое и больше никогда не вернется. Впереди их ждет только счастье. Совместное, безграничное счастье! Как только Мери обретет способность ходить, они сразу же отправятся в детский приют и выберут себе какую-нибудь симпатичную малютку, которую будут растить как собственное дитя, и коротать старость в семейной идиллии.

Это будет потрясающее время трепетного волнения и родительского наслаждения! Протянув руку, чтобы погладить супругу, лежащую рядом, Вильям нащупал только лишь пустое пространство слева от себя и, мгновенно похолодев и распахнув глаза, подскочил в кровати.

Мери рядом не было.