Как ты умрешь

 – Боже, как мне этого не хватало…

– Опять не спал? – спросила Танесса, отпивая из своего стаканчика. Часы на информационной консоли показывали час ночи. Сержио и Танесса припарковались у автозаправки, заступив на свою патрульную смену всего час назад. Этот промежуток времени – с полуночи до восьми утра – назывался «кладбищенским» и длился для них на протяжении последних шести недель, начавшись сразу после того, как Танесса окончила полицейскую академию.

– Это все Габриэла, – вздохнул Сержио. – Постоянно меня будит.

С ума можно сойти.

Танесса кивнула с сочувствием, которого на самом деле не испытывала. Вся эта история с Габриэлой могла и не начаться, если б не сочетание нелепой привязанности и цепи ошибок. Танесса предупреждала Сержио, что он пожалеет об этом. Но сыпать соль на раны было не в ее духе, поэтому она ничего ему не сказала, только ободряюще дотронулась до плеча.

Он повернулся к ней, и девушка машинально отметила, что его глаза были красными и опухшими. Хотя вообще-то Сержио не всегда был таким угрюмым и усталым.

Он был симпатичным и обаятельным. Загорелый, широкоплечий, с «породистыми» чертами лица и белоснежными зубами – хоть сейчас отправляй его на съемки в рекламе зубной пасты. Танесса всегда считала человеческие зубы важным пунктом – плохие ее откровенно раздражали. К тому же Сержио был лыс, так как каждую неделю брил голову, и это, на ее взгляд, придавало ему сексуальности, пусть и немного специфичной.

– Орет благим матом, – пожаловался Сержио. – Днями напролет.

Жуть. Аж в ушах звенит.

– Да, представляю, – вздохнула Танесса.

– Да еще и кусается! Когда пытаюсь ее успокоить, она меня цапает. Вот, посмотри! – Он показал царапину на пальце.

– Так взял бы и избавился от нее, – робко предложила Танесса.

– А как? – измученным голосом спросил Сержио. – Кто ее возьмет?

– Брать и не надо, – терпеливо пояснила Танесса. – Просто открой окно, и она улетит.

Танесса предупреждала его: покупать попугая – самая идиотская затея из всех возможных.

Однажды попугая завела ее кузина. Это отвратное создание если не спало, то неустанно верещало на весь дом. Эта птица настолько всем надоела, что, избавившись от нее, хозяева едва не устроили вечеринку.

– Нет, на это я пойти не могу, – с непреклонностью мученика сказал Сержио. – В одиночестве она не выживет.

– Кто знает, – Танесса пожала плечами. – Ты вот подумай…

Но ее прервала рация:

– Всем подразделениям. Сообщение о выстрелах на углу Адамс и Сидар-роуд.