Шоу марионеток

Повысив голос так, чтобы было слышно на весь холм, Рид объявил:

– Непонятый коллегами, забытый руководством, недооцененный всеми остальными – леди и джентльмены, я представляю вам великого Вашингтона По.

По покраснел.

Его друг кинулся к нему, перепрыгнув через оградительную ленту. Гэмбл поморщился, а Рид до боли сжал протянутую руку По.

– Вот теперь, значит, как, – с усмешкой сказал Рид. – Мы с тобой видимся только в экстренных ситуациях. Что за жизнь, По? Дерьмово это.

По пожал плечами.

– Килиан.

Еще будет время наверстать упущенное.

Рид повернулся к Флинн и спросил:

– А вы откуда знаете этого нелюдимого чудака?

По представил их друг другу.

– Инспектор Флинн, это мой друг Килиан Рид. Он был детективом-сержантом в особо тяжких.

– И все еще есть детектив-сержант в особо тяжких, – уточнил Рид. – Я так понимаю, вы все остановились в «Шап-Уэллсе»? Я сниму там номер на ночь, и мы все сможем как следует выпить.

– Это будет лучшая ночь в моей жизни, – сухо сказала Флинн.

По решил, что воссоединение друзей пока может подождать.

– Так что там внутри? – Он адресовал вопрос Гэмблу. Может, Рид и был его единственным другом в полиции, но местом преступления все равно заведовал Гэмбл.

– Ты знаешь «правило девяток»? – переспросил Гэмбл.

По кивнул. Это было медицинское правило для оценки степени ожогов. Голова и руки составляли по 9 процентов, а ноги, передняя и задняя части туловища – по 18 процентов. В сумме это составляло 99 процентов.

Оставшийся 1 процент уходил гениталиям.

– Ну, наш парень совершенствуется, – сказал Гэмбл. – Первая жертва была замучена больше всех, но его ожоги покрывали только ноги и спину. Еще немного было спереди, а руки остались нетронуты. У второй жертвы ожоги были уже сильнее, а третья оказалась обожжена уже на девяносто процентов.

– А этот?

– Иди и сам взгляни.

Пока По переодевался в костюм, который принес Бойл, Гэмбл тоже сменил свой на новый, чтобы избежать проблем с перекрестным контактом.

Флинн не стала утруждаться – она видела жертву номер три на месте преступления – и осталась с Ридом. По расписался при входе на внутренний кордон и проследовал за Гэмблом, ступая по доскам, разложенным криминалистами, чтобы не затоптать ключевые улики.

Первым делом ему в нос ударил запах. В пяти ярдах от палатки криминалистов вонь стала невыносимой.

По знал про миф о том, что обожженные человеческие трупы пахнут свининой.