Привет, а я тут выбрал тебя

Многие были навеселе и с бутылками дорогого алкоголя в руках, видимо пытались таким образом заглушить голос тоски и страха от неминуемо приближающейся погибели.

По земле под подошвами кед пошла вибрация и Артём интуитивно дернул головой влево, выхватывая взглядом трясущуюся посудину, мирно дребезжащую по рельсам. Парень подсобрался, выходя на дорогу. Машины не особо охотно останавливались, чтобы его пропустить, а трамвай, вопреки надеждам, что мелкий пошутил, даже не тормозил. Чертыхаясь, Пятницкий преодолел два метра, а потом замер как вкопанный в приступе ужаса, когда прямо перед его носом пролетела какая-то иномарка.

– Шевелись! – весело закричал кто-то прямо из уже удаляющегося трамвая и призывно помахал руками, видимо не в состоянии больше смотреть на нелепые попытки тощего паренька преодолеть дорогу.

Собравшись, Артём пробежал несколько метров, сделал рывок и наконец запрыгнул, уцепившись за поручни.

– Уф, твою ж, – выдохнул он, согнувшись пополам в попытке отдышаться.

 – Давно я так не бегал.

– По тебе видно, рожа прям красная, целый синьор Помидор! – хохотнул какой-то парень и похлопал Артёма по плечу.

– Мне кажется, или из-за конца света все стали какими-то особо общительными? – неловко пробурчал Пятницкий. Он не привык, что незнакомые люди могут так вот просто к нему обращаться, трогать, нарушая личное пространство, будто они друзья и вместе с пелёнок.

– А что вы хотели, молодой человек? Ныне на знакомства и вежливую отстраненность времени нет.

Уберите это лишнее смущение и недоверчивый взгляд, вам не к лицу, – глубокомысленно заметил сидящий рядом пожилой мужчина с жидкими седыми волосами, узловатыми пальцами, сжимающими трость, и со свежей татуировкой, ещё покрытой прозрачной плёнкой, огромного паука на шее. Он перехватил заинтересованный взгляд и поспешил пояснить. – Вот так вот, молодой человек, бывает. Я заслуженный учёный, преподавал в лучших университетах, у меня была прекрасная жена, царство ей небесное. А теперь вот, понял, что не всё осуществил, что хотел. И это в моём-то возрасте! А вы-то, молодые, даже не задумывались над этим наверное.

– И как вам с теперь тату? – спросил Пятницкий скорее из вежливости, чем действительно интересуюсь жизнью одинокого профессора.

– Отлично, молодой человек, я очень рад. Надо было давно ещё её набить, а я как-то всё не решался.

– А сейчас куда едете? Прыгать с парашюта или кататься на мотоцикле? – раздался женский голос.