Моя незнакомка

Придётся ему оторваться от своих любимых денежных мешков и раскрыть глаза на своего любимого пасынка.

Вздумал пугать меня лишением наследства? Решил, что Ванька – самая подходящая кандидатура преемника?

Наплевал на кровные связи, пытаясь покорить меня? Пригнуть к ногтю?

Ну что ж, полюбуйся.

Оттаскиваю отца за руку, вращая от возбуждения глазами.

Его чёрный, несгибаемый взгляд скользит по непроницаемой маске и я нутром ощущаю, как он выжигает частички на моей коже. Будто кислотой.

Выдыхает в меня облачко мятного дыхания, смешанного с кубинскими сигарами:

– В чём дело? Почему ты не с девушками?

– Наверное, потому что твои кандидатки – прожженные алчные пираньи.

Замер. Видимо, переваривает.

Что ж, ему придётся поверить мне на слово или стоит поспешить в подсобку. Вдруг, Иван ко всему прочему, ещё и скорострел?

– Что ты мелешь?

– Правду. Только правду.

Хмыкаю.

– И ты знаешь, с кем развлекается одна из претенденток? С твоим разлюбезным пасынком! Прямо сейчас!

– Не мели ерунды, Рус.

Он рассержен. Очень.

Вижу, как на шее начинает бешено пульсировать венка.

Оглядывается. Видно, в поисках Вани. Ну что ж, пусть выглядывает отпрыска своей жёнушки сколько угодно – я не вру.

– Эти девушки – самые лучшие кандидатуры!

– Но, видно, им всё равно, с какого боку породниться с тобой.

– Тс! Их семьи – очень уважаемые! Если узнают, как ты говоришь…

Нотация затянулась, и я нетерпеливо одёрнул отца за манжет белоснежной рубашки. Сейчас нет время выслушивать его очередной бред.

– Идём, сам посмотришь.

Небрежно киваю подбородком на дверь и наслаждаюсь гримасой боли, пробежавшей по его сомкнутым губам. Недоволен. О, это читается в каждой клеточке его тела. Но меня это нисколько не трогает.

Его ведь не трогает моя боль! То горе утраты, от которого я до сих пор не могу спать и жить спокойно, как обычный человек!

Ему нет дела. И мне тоже.

Застываю возле подсобки, оборачиваясь назад. Стоит рядом. Смотрит, не мигая. Ждёт.

Чудесно.

По шуршанию из-за двери я понимаю, что действо у голубков в самом разгаре.

– Готов? Смотри!

Распахиваю дверь, молниеносно включая свет. Из-за широкой спины отца мне отлично видно два переплетенных в экстазе тела, охваченных обжигающей страстью.

– Иван!

Рычание Ковалевского – старшего громогласно разносится по коридору и даже меня продирает мороз по коже. Чёрт. Он до сих пор наводит на меня ужас. Как тогда, в детстве.

Всегда его боялся.