Приказываю стать моей

Дочь преступника, которого он намеревался привлечь к ответственности и посадить за решетку в ближайшее время.

– В этом нет необходимости. Немедленно доставьте ее ко мне.

Ей нужно будет ответить на несколько его собственных вопросов.

* * *

Черный автомобиль с тонированными стеклами мчался в неизвестном направлении, и Эсме изо всех сил старалась не поддаться панике. Мужчина в очках, сидевший рядом с ней, казался безобидным, и он выразил уверенность в том, что из-за ее интервью ей дадут повидаться с отцом.

– Куда мы едем? – спросила она во второй раз, так как на ее появление на телевидении слишком быстро отреагировали.

– Вы все увидите сами, мы будем на месте через несколько минут.

Ее страх возрос, и Эсме поглядела в окно. Она заметила, что ландшафт становится более разнообразным, парки зеленее, а произведения архитектуры – монументальнее.

– Тюремная больница, в которой содержится мой отец, находится в другой стороне, – сделала она еще одну попытку.

– Я в курсе, мисс Скотт.

Она насторожилась:

– Вы не сказали мне, откуда узнали мое имя.

Она говорила, как ее зовут, только журналистке перед интервью.

– Да, не сказал.

Эсме открыла рот, чтобы настоять на более четком ответе, но закрыла его, так как автомобиль въехал в огромные двойные ворота цвета сусального золота. Вооруженная охрана махнула им, чтобы они проезжали.

– Это… дворец правителя, – пробормотала Эсме, не в силах унять дрожь в голосе, глядя на огромные лазурные купола, которые могли бы соперничать с куполами базилики Святого Петра в Риме.

– Вы правы, – ответил мужчина не без удовольствия.

С глаз Эсме будто бы наконец упала пелена. Ее привезли сюда, так как она критиковала монарха. Боже мой, что она наделала?

– Я здесь потому, что в интервью упомянула султана, не так ли?

Одетый в униформу камердинер открыл дверь, и главный советник, выйдя из машины, махнул кому-то, а потом взглянул на нее сверху вниз.

– Это вопрос не ко мне. Его высочество приказал обеспечить ваше присутствие. Не советую заставлять его ждать.

Прежде чем она смогла ответить, он ушел. Эсме не знала, что делать. Она могла бы попросить водителя отвезти ее обратно в отель. Даже умолять, если потребуется. Или могла пойти туда пешком. Но понимала, что все бесполезно.