Соглашение на миллион

Уверен, через пару часов, изучив записи с камер и содержимое вашей сумки, вас отпустят и признают невиновной. – Знаком пригласив охранников, он приказал: – Заберите сумочку мисс Даниэлс и…

– Неужели ты серьезно?!

– И коврик для йоги. Убедитесь, что там нет ничего ей не принадлежащего.

– Ладно, хорошо, я отвечу на твои дурацкие вопросы.

Охранники замерли, но Драко покачал головой:

– Выполняйте, только ботинки ей оставьте. Я сообщу, когда с ней закончу.

Бросив на Драко убийственный взгляд, Арабелла покрепче стиснула коврик, а потом резко расслабилась, одарила охранника полным синего огня взглядом, натянула высокие ботинки и уперла руки в бока:

– Предлагаю побыстрее покончить с этим смехотворным следствием.

С нее так и летели искры, и в любое другое время Драко охотно подкинул бы дровишек, просто чтобы посмотреть, как ярко она разгорится. Как же давно в его жизни не было ничего, кроме горечи, вины и жесткого самоконтроля… Но никаких других чувств он не вправе себе позволять.

И сейчас нужно срочно брать под контроль происходящее. Он и так слишком долго не обращал внимания на подозрения, что вызывал у него Натан Даниэлс.

Драко выпрямился:

– Следуй за мной.

– Куда?

– В мой кабинет.

– Сэр?

Он обернулся к начальнику охраны.

– Нам нужно полное имя дамы, чтобы занести ее в систему.

Драко посмотрел на Бунтарку, вопросительно приподняв бровь.

Ее недовольная гримаска вновь заставила его сосредоточиться на пухлых губах.

– Я… Арабелла Даниэлс, – выдохнула она неохотно.

Драко мгновенно ее вспомнил. Когда-то она была подающим надежды беговым лыжником, а потом резко переключилась на прыжки с трамплина. Последние годы она уверенно держалась в десятке лучших, но при этом двадцатипятилетняя лыжница никогда не поднималась выше пятого места. И наверняка все из-за ее разнузданных развлечений.

Легкое удивление сменилось чистым отвращением, но на выражении лица это никак не сказалось, и Драко жестом велел охранникам удалиться и пошел к себе.

Дождавшись, пока она зайдет следом, он отключил питание «умных» стекол, чтобы они стали матовыми, и устроился на краешке стола, наблюдая, как Арабелла настороженно переступает с ноги на ногу.

Черт, да когда же она уже перестанет на него действовать?

– Садись.

– Спасибо, не хочу.