Протекторы: Испытание Разума. Книга II

«Он знает, что я говорю неправду… – подумала Дэстени, стараясь изо всех сил не показывать страх. – И то, что я никогда не умела врать, как раз сейчас не лучшее мое качество».

– Значит, ты совершенно ничего не помнишь? – спросила Милена, плохо скрывая разочарование в голосе. – Они наверняка говорили тебе, чего хотят. Ирина Ветер уж точно.

– Они определенно кричали, – пожала плечами Дэстени. – Но что именно, я не помню, к сожалению.

– Они звали тебя с собой? – спросила Патриция строго.

– Они оставили ее умирать, – вставил Роланд, не поднимая головы.

Что-то в его голосе заставило Дэстени вновь взглянуть на него, и на какой-то момент она снова оказалась в кабинете доктора Шина, после того как очнулась после нападения. Роланд сидел у ее кровати и смотрел на нее с таким сожалением и с такой болью, что его взгляд сложно было выдержать.

– Господин Генерал, – послышался спокойный голос с правой стороны, и сначала никто не понял, кто говорит. Члены Орбиса вели себя очень тихо, словно пытаясь стать невидимыми.

Но голос прозвучал именно оттуда. Это был голос доктора Шина. – Я вынужден напомнить вам, что Дэстени Уолтерсон была освобождена от интенсивного лечения только вчера. Все эти допросы могут плохо повлиять на безопасное восстановление ее Разума. К тому же я считаю, что все, что она могла вам рассказать, она уже сказала. Я настаиваю на том, чтобы ее отпустили.

Воцарилась тишина. Все смотрели на доктора Шина, будто не веря, что тот действительно только что обратился к Генералу с почти требованием.

Роланд медленно перевел взгляд на Генерала, который поджал губы еще сильнее.

– Мы с Уолтерсон еще не закончили, – сказал Генерал строго.

– Девочку сильно избили. Потом вонзили нож в грудь, – спокойно возразил доктор Шин, не обращая внимания на остекленевшие взгляды со всех сторон. – Она сказала, что ничего не помнит. Осмелюсь предположить, что каждый из нас мало бы что вспомнил, пройдя через такое.

После этих слов некоторые опустили головы, словно пытаясь представить себя в подобной ситуации.

Генерал, конечно же, этого не делал, но отметил поведение остальных.

– Что ж, – сказал он не без желчи, – я думаю, мы можем отпустить Уолтерсон. Но в том, что она рассказала все, что знает, я совершенно не уверен.

Сомнений теперь не было: Генерал знает больше, чем они с Роландом думают. Каким образом, она не знала, но была рада, что ее наконец отпускают.