Не вспоминай меня

Стас резко поднялся и вышел в коридор, зашуршал там чем-то, а потом вышел из дома, хлопнув дверью так, что покачнулось всё моё старенькое жильё.

Глава 3

Стас

В голове стучали поезда.

Тух-тутух, тух-тутух. Стальные колёса по рельсам.

Били в виски, оглушали, топили в сером мареве ещё не закончившегося сна. Я пытался выплыть, помня, что нужно это сделать, иначе случится нечто плохое. Страшное. Непоправимое.

И не мог.

– Стас?

Голос. Женский. Чужой. Я точно знал, что чужой, но именно он вывел меня туда, где сквозь закрытые веки светило солнце, где пахло едой и сыростью, а по ногам бродил холод.

Открыл глаза и уставился в дощатый потолок. Тёмный от времени, рассохшийся, нелепый и совершенно незнакомый. Он, как и витавшие вокруг запахи, настойчиво твердил, что я сошёл с ума. Я точно знал, что терпеть не могу цветочный запах постельного белья, не ем сосиски и не пью водку, но…

Я лежал в кровати, от которой пахло лавандой, небрежно укрытый одеялом.

От меня воняло дешёвым спиртом и лекарствами, а вокруг разливался запах общежития – еды при полном отсутствии кофе.

Я помнил, что люблю кофе.

Но не мог вспомнить своего имени.

Сел на кровати резко, одним движением, и застонал от боли, ворвавшейся в затылок контрольным выстрелом неопытного киллера.

Что, твою мать, здесь происходит?

Завертелись мысли, анализируя обстановку и моё состояние.

Жив, голова разбита, ничего не помню.

Удар или напился до беспамятства? Тогда где я сейчас? Не могу поверить, что унылое жильё с древней обстановкой принадлежит мне, слишком не похоже на меня.

Или это я сейчас не похож на себя?

Кое-как встал, поморщился, поняв, что одет по-дурацки: рубашка, трусы и носки. На руке часы, на безымянном пальце широкое золотое кольцо. Женат? Тогда где моя жена, если я в таком состоянии?

Вопросы множились, и от этого сильнее болела голова. Но я нашёл силы, чтобы встать, обойти дом, найти ванную комнату, которая выглядела как декорации к фильму ужасов.

Умылся холодной водой, но в себя так и не пришёл, в голове звенела пустота, которую нужно было чем-то заполнять.

Скудная обстановка спальни и зала, на кухне обычная деревенская печь, в которой потрескивают угольки. Прошёл мимо, но потом вернулся, закинул в неё несколько поленьев из лежавшей на полу кучи. Не думаю, что сам буду рад, когда огонь потухнет и в доме станет холодно.