Вечный двигатель науки

Но, как было доложено моим коллегой, увидеть сам объект не представляется возможным, так как это метеорит-призрак, ну и тыры-пыры, – вдруг невпопад добавил оратор, триумфально завершив тем самым свой ответ.

– Собираетесь ли Вы подтвердить факт наличия астроблемы данными бурения скважин на обозначенной территории?

Снова оживился Грыжин. Он отодвинул на второй план выпирающего Экселя и начал:

– Вопрос о разбуривании был поставлен во главу нашего угла, так сказать, но увы – границы территории исследования совпадают с территорией государственного заказника, где обитает редкий вид краснокнижных птиц – дроф! Мы не можем так рисковать, товарищи! Дрофы под угрозой! Но в данный момент нами прорабатывается идея разбуривания объекта горизонтальным стволом скважины.

И, надеюсь, краснокнижные кроты (хихихи) не будут против. Мы спасем дроф и покажем всему миру, что Российская наука давно встала с колен. Конечно, горизонтальное разбуривание немного увеличивает проходку ствола скважины, всего на пять километров, но, с другой стороны, мы имеем 100% шанс встретить на пути что-нибудь полезное! Дополнительно нам необходимо разработать новый вид наконечников для буров ввиду высокой плотности разрабатываемых пород импактитов, тем самым мы не только добываем полезные ископаемые, но и обеспечиваем работой смежные отрасли промышленности.

Последовал еще ряд формальных вопросов, но ответы были столь наполнены «научным туманом», что сцена практически превратилась в выступление двух фокусников – не хватало только шляпы и кролика.

Ученый-секретарь подвела итоги заседания. Заседание завершилось.

– Товарищи, приглашаю всех на скромный фуршет, – со сцены прохрипел Грыжин в спины разбредавшихся в немом ужасе коллег.

Едва досидев до окончания, Саша рванул к себе. Сегодня он решил не уходить домой раньше, а остаться на «лимонное» застолье и понаблюдать за соратниками. Вдруг кто-то выпьет лишнего и скажет лишнее!

В отделе уже были сдвинуты столы, теперь они изображали немного неровную букву «П».

За стол отвечал Огоньков. Доклад он слушать не пошел, его миссия была гораздо важнее. Кроме лимонов на столе царствовала селедка, квашеная капуста, огурцы и столовские пирожки с капустой и луком.

Первый тост был, конечно, за небывалый успех доклада. Тостёром был Грыжин. Второй витиеватый и долгий тост, главная мысль которого потерялась еще в начале, говорил Эксель. Третью рюмку решили выпить не чокаясь и помянуть Ольгу Петровну. Саша снова не пил.