Сеятель Ветра

Сталь поймала солнечный лучик, который затанцевал на острие и погас.

– За мной! – закричал он.

Он подстегнул коня и, не оглядываясь, кинулся вниз по склону.

* * *

Они упали сияющей стальной рекой. Закипело. Железо против железа начало свой кровавый танец. Саранча клином влетела в бок черной колонны, пытаясь разбить ее пополам и захватить врата. Мечи рыцарей Царства вырубали глубокие проплешины в шеренгах солдат Тьмы, словно поляны в густом темном лесу. Скакуны неслись вперед, топча и расплющивая выпавших из седел всадников.

Земля была залита кровью и странной липкой жидкостью рыцарей Тени. Их шеренги слегка расступились, что позволило всадникам Царства въехать в середину колонны.

«Плохо, – подумал Даймон. – Они хотят взять нас в кольцо».

– Они окружают нас! – закричал он, пытаясь развернуть правое крыло и ударить в сформированные из солдат тьмы щупальца.

Затем их строй расступился, выплевывая бесформенных, закованных в железо тварей, изрыгающих пламя просто в дерущихся ангелов.

Под их прикрытием войско хаоса атаковало.

Дым заслонил поле битвы. Отовсюду неслись отчаянные крики, хрипы коней и лязг мечей. Казалось, достаточно и минуты, чтобы армия Тьмы раздавила воинство Царства, но ангелы решили дорого продать свою жизнь. Сокрушенные, посеченные и растоптанные, они все же не давали рассеять себя и забить, как скот. Саранча собирала кровавый урожай, и вскоре кони гарцевали по трупам. Но из врат по-прежнему выливались новые шеренги уродливых, отвратительных и смертоносных солдат.

Помет хаоса, сыновья Тени. Медленно отборная конница Царства слабела и умирала. Всадники падали в болото, созданное копытами коней из пыли и крови. Их броня – желтая, словно сера, красная, как огонь, синяя, будто дым, – выглядела словно конфетти, рассыпанное на потоках смолы.

Даймон бился в самой гуще, сея панику в рядах Тьмы. Тех, кто осмеливался к нему приблизиться, ждала смерть. Он вынужден был сорвать с головы шлем, в который попала огненная слюна одного из чудовищ хаоса, поэтому его волосы были спутаны и заляпаны кровью.

Он выглядел как призрак – с белым лицом и окровавленным мечом, без устали погружающимся в тела врагов. Они падали, даже не скрестив с ним меч. Но в конце концов и он стал слабеть. Пот заливал его глаза, плечи онемели, а усиливающееся с каждым мгновением дыхание Антикреатора высасывало силы, затуманивало глаза и спутывало мысли. Почти механически он поднимал и опускал меч, оглушенный криками и лязганьем стали.