Карфаген

Нет, невозможно. Представить её дерущейся мне не хватало никакой фантазии. Всегда, везде и при любых раскладах оружием Маши оставалось слово. И уж, тем более, так должно было быть в свете последних изменений в имидже.

– Тебе идёт, – кивнув на её причёску, я сделала комплимент, пытаясь выбраться из опасной зоны. – Что-то случилось? Помню, в последний раз ты проклинала всех брюнеток мира.

– И не напрасно. Та поганая стерва… В общем, с Антоном мне пришлось расстаться. Из-за неё. Хотя я, каюсь, решила, что между нами всё уже серьёзно.

– И ты в отместку тоже стала брюнеткой? – в итоге сдавшись, я разразилась смехом. – Маша, послушай… Только меня не бей, но ты и “серьёзно” – понятия несовместимые. А уж Антона за то, что он был с тобой, надо и вовсе наградить медалью.

– Ника…

– Прости. Но за какой-то год ты изменила аж четыре раза! Это нормально?! – почувствовав, что завожусь, я обернулась в поисках официанта. На моё счастье, он как раз спешил к нам – с огромным чайником и подносом с роллами.

Хлебнув чуть сладкого обжигающего напитка, я успокоилась – и прямо в тот же момент Маша ответила на мою тираду:

– Нет. Ненормально. И да, измен было пять. Но мы же с ним встречались без обязательств!

– Тогда тем более. По факту в этой истории все получили по своим заслугам. А непонятным осталось только одно: как ваша светлость будет жить брюнеткой?

– Мне же идёт, – беззлобно съязвила Маша. – Да и, по правде, я уже привыкла. Есть одно но: на эту чёртову внешность клюют какие-то особенные мужчины.

И именно с ними, как показала практика, мне очень сложно завязать общение.

– Всё, прекращай, – смахнув со щеки слезу, я напустила на себя серьёзность. – Нужен мужчина? Готова в знак благодарности устроить встречу с достойнейшим кандидатом.

– Спасибо, не надо. В отличие от тебя, я не фанатка офисного стриптиза.

– Господи, Маша… Речь вообще о другом. Я собиралась предложить Андрея.

– Какого Андрея? – не поняла она. – И с каких пор ты перешла на сводничество?

– Андрей – мой коллега.

Тот высокий, в очках, с которым мы часто приходили вместе. Ты ему нравишься. Так что если не против, я хоть сегодня передам твой номер. А насчёт сводничества… – мне снова стало неловко. – Считай это актом безграничной дружбы.

– Ишь, как запела. И что прикажешь с ним делать? Послать на курсы по общению с женщинами?

– Он не так плох, – вступилась я за Андрея, не отрицая правоту подруги. – Просто… чуть странный.