Карфаген

 – Ты целый день мучила тётю Свету, дай ей хоть вечером отдохнуть от этого.

– Да всё в порядке, – отмахнулась та. – В сравнении с Катей она просто паинька. А любопытная… Настя, может, расскажешь, что мы сегодня видели в планетарии?

– Ой, мам, там такое! – встрепенулась дочь. – Чёрное небо, а на небе звёзды! И их миллиарды. А большая часть из них своими размерами превосходят Солнце!

Вполуха слушая Настино повествование, я продолжала наблюдать за гостьей. Её спонтанный искренний монолог только сильнее растревожил разум.

Я идеал? Мне сложно было поверить, что я могу быть таковой для Светы. Для этой женщины, отдавшей себя семье и не работавшей ни секунды в жизни. Скорее она являлась тем образцом, к которому стоило стремиться каждой.

– Когда я вырасту, – заключила Настя, – я обязательно слетаю к звёздам! Ты же не против?

Я отвлеклась от мыслей и с изумлением повернулась к дочери. Та не шутила – поджав по-взрослому губы, она настойчиво ждала ответа.

– Нет, я не против. Если тебе так надо, можешь отправиться хоть за край вселенной.

– А что там, за краем? – с детской непосредственностью без промедления поинтересовалась Настя.

– Там… ничего, – подумав, сказала я. – Непостижимое для нас пространство.

– Мама устала, – заметив моё смятение, Света немедленно пришла на помощь. – Да и вообще, такой серьёзный вопрос будет разумнее отложить до завтра.

Невероятно, этой банальной фразы хватило чтобы предотвратить все споры. Настя кивнула и, дожевав пирожное, с довольным видом убежала в детскую.

А между нами повисла то ли неловкость, то ли желание дать друг другу время.

Я сдалась первой. Сидеть и просто молчать мне показалось непомерной роскошью.

– Ты классная мама. Я при своих достоинствах так и не стала дома авторитетом. Она у нас главная, – мой прерывистый вздох как нельзя лучше подытожил сказанное.

– Вот именно – мама, – прошептала Света. – А так хотелось бы называться женщиной.

Её слова, насквозь пропахшие грустью, холодным ливнем остудили душу. Меня как накрыло – сердце сжалось в комок и застучало в сумасшедшем ритме.

– Проблемы с Глебом? – единственная догадка, смяв все барьеры, выплеснулась наружу.

– Глеб ни при чём. Он слишком сильно занят, и из-за этого мне порою стыдно. Будь я как ты, возможно, его работа не отнимала бы почти всё время.

– Но…

– Это правда. У нас в семье дисбаланс, и мне противно находиться дома. До омерзения. Ты знаешь, такое чувство, что я служанка при своей же дочери!

Света сглотнула.