Осколок бытия

Покрутив их в руках, девушка поняла, что не в силах справиться с этой загадкой самостоятельно, и, отложив находку в сторону, быстро оделась и выскользнула из комнаты. В коридоре было так же тихо, как ночью. Видимо, уже давно наступил день, и все обитатели башни занимались делами согласно установленному в Манекесте порядку. Ей самой полагалось пойти на мельницу и отработать там три часа, но Лорейн посчитала, что сегодня необязательно выполнять свои обязанности.

Внизу у ворот царило непривычное оживление. Там собрались не только стражники, несшие службу, но и простые смертные со старейшинами.

И все они слушали Хала, стоявшего в центре площади подобно колоколу, каждый удар которого возвещал о грядущих переменах. Лорейн пристроилась в задних рядах толпы и замерла, стараясь не привлекать к себе внимания.

– Поэтому у вас остается один-единственный выбор, – продолжил гость начатую неизвестно когда речь. – Пока не поздно, нужно отбросить страх и отправиться в Пустыню, чтобы возродить другие крепости.

Я встречался с опасностями, порожденными силами Тьмы, и, как видите, вышел из этих битв победителем. Так что вместе у нас еще есть шанс вернуть человечеству его былое могущество.

Толпа загудела, но в этом шуме не было ни одобрения, ни негодования. Скорее удивление и непонимание услышанного. Сердце Лорейн вздрогнуло, так как ей показалось, что монолог Хала так и останется красивой пустой речью. Поминальным словом на могиле цивилизации. Но в этот самый момент в кучке старейшин произошло какое-то движение, и из нее вышел Жаш.

Его девушка тоже хорошо знала с детства, так как он был давним другом ее родителей. Подняв руку, мудрец заставил собравшихся притихнуть и негромко, но очень убедительно произнес:

– Этот человек говорит дело. Мы ведь чувствуем, как медленно, но верно вырождается наше племя. А кто, кроме нас самих, в ответе за будущее наших детей и внуков?

На этот раз толпа ответила молчанием. Люди оценивали слова старейшины, которому доверяли больше, чем гостю из Пустыни.

Хотя в любом случае окончательное решение в первую очередь зависело от совета.

– Веселые времена начинаются, – пробормотал стоявший слева от Лорейн мужчина. – Всю жизнь думал, что вот-вот случится этакое. И надо же, не ошибся.

Девушка так и не поняла истинного отношения толпы к тому, что они услышали. То ли это был энтузиазм, то ли страх, то ли просто растерянность. Но одно она ощущала каждой клеткой своего тела – отныне все будет не так, как прежде.