Захват. Байкеры против инопланетян

Отличается крепостью и кроваво-красным цветом] и тут вдруг обнаружили, что у нас есть много общего! В частности – планы. Планы состояли в том, что каждый собирался продать свой нынешний аппарат и купить эндуро[3 - Эндуро – мотоцикл на длинноходных подвесках, предназначенный для грунтовых дорог и бездорожья. Эндуро могут быть разными. Легкие эндуро предназначены для леса, тяжелые и мощные – для путешествий.]– мотоцикл для прохвата по бездорожью и для дальних странствий.

Кроха, как и я, мечтал доехать до Владивостока, смыть грязь с мотобот соленой водичкой Тихого океана.

Ну или хотя бы до Байкала! Байкал! Иностранцы на Байкал прут! Немцы, американцы, итальянцы! Даже негры! А мы чем хуже?!

Но сначала надо было поменять мотоциклы.

У Крохи была «Хонда Магна» игривого желтого цвета с черепами по баку, которая под двухметровым, затянутым в кожу Крохой казалась игрушечной. Да и я уже понял, что по лесам и по грязи на моем «Кавасаки» далеко не уедешь – на заднем колесе протектор был буквально шариковой ручкой нарисован.

Только шоссе!

А там что? Там Сибирь! Тайга! Бездорожье! Волки воют и медведи бродят! О трассе «Байкал» дальнобойщики легенды слагают и песни поют. А что? Нормально! Как раз для нас! Раз уж мы сюда на чопперах добрались, то на восток нам сам Бог велел прокатиться!

Короче, когда «Красный Франкенштейн» подошел к концу, мы даже сроки назначили. На следующий год в июле собрались ехать.

Но куда там! И мне в газете, где я работал корреспондентом, отпуск летом не дали, и у Крохи проблемы начались.

Он влез в кредит, потому что купил «Абрикоса» – КТМ «Адвенчер», и денег у него было – куры наплакали.

Я продал «Кавасаки» и весной купил себе «Ямаху ХТ600».

Ну да, не такой дорогой и мощный, как КТМ! Но КТМ мне и не по росту! Зачем он мне?

Нет, так-то я в норме – метр семьдесят, сплошные мышцы, но до Крохи мне далеко!

Эндуро вообще отличные мотоциклы, но сиденье у них высокое. А на мотоцикле что самое главное? Чтобы ноги до земли доставали! А то я знал одного чудика, который ездил от столба до скамейки и от забора до крыльца.

Ноги у него, понимаете, до земли не доставали, вот он и вынужден был всегда останавливаться у какой-нибудь возвышенности, чтобы опереться хотя бы одной ногой и не упасть.

В это лето мы смогли только выбраться на север: прокатились до Мурманска и даже немного дальше. Очень уж мне хотелось реабилитироваться в глазах Крохи, показать, что я не разгильдяй, в мотоциклах секу, и в дороге на меня положиться можно.