Болото вечной жизни. I часть

Почти сбитая с ног ударной волной зловония, она быстро отпрыгнула в сторону, и Егор тут же бросился к ней с воплем:

– Что там? – но, подбежав, увидел только тёмное огромное пространство, протянувшееся за низким прямоугольником двери.

– Насколько я могу понять, только вонь и больше ничего, – вглядываясь в темноту, сообщила Юля.

Вытащив телефон, она включила фонарь, не глядя на экран, и посветила внутрь. Перед Мангустами предстало огромное, уходящее, похоже, к противоположному склону холма помещение с очень низким сводом.

Находящийся на высоте не более полутора метров, он был сделан из обычных брёвен или, скорее, необработанных стволов деревьев, закреплённых кое-где такими же стволами, что одним концом упирались в потолок, а другим – в пол, представляющий собой просто плотно утрамбованную землю, земляными были и стены.

В глубине, смутно проступая из мрака, виднелись коробки, поставленные одна на другую, и всё – больше там никого и ничего не было. И люди и собаки бесследно исчезли. Пока Мангусты рассматривали эту огромную землянку, произошли почти одновременно две вещи – Юля вспомнила, что это был за запах и, заметно добавив живости её воспоминаниям, затрясся телефон, лежащий в её руке.

Едва не выронив его от испуга, Юля вовремя сообразила, что это всего лишь сработал будильник, но сердце весьма ощутимо стучало ещё какое-то время.

– Знаешь, мелкий, – заговорила она срывающимся от пережитого испуга голосом, – я вспомнила, что это за запах. Помнишь, месяца два назад Алтай напоролся грудью на штырь, и из раны его постоянно сочилась сукровица, а отмыть её не было никакой возможности.

Именно такую вонь, разлагаясь, она и издавала.

Егор, который уже отошёл в сторону и внимательно рассматривал лес, отозвался:

– Юль, я думаю, они здесь спали и собак здесь же держали и, помнишь, в статье было написано, что они занимались умерщвлением плоти – значит, были раны, – по лицу его пробежала мгновенная судорога.

Юля медленно кивала, слушая брата.

– Ну да, и одежда пропитывалась и на теле оставалась, и всё это гнило и воняло.

И тут она с отвращением вспомнила, что дверную ручку брала голой рукой и бросилась оттирать ладонь об траву, уже покрывшую холм.

Внутрь землянки Мангусты забираться не стали – и так было ясно, что там никого нет, и они решили до конца осмотреть южный склон холма, но ничего интересного больше не нашли. Тогда они обошли холм снизу по окружности, и вот здесь-то обнаружилось нечто любопытное.