Бумеранг

– Остряк!

Гальса огрызнулась и потянулась за оброненным клочком ткани. Затем предложила:

– Лучше бы ствол проверил.

– Ты в своём уме?

– Ты даже не смотрел, – она скосила на него глаз и хихикнула. – Мой негодным был.

Он прошёл через комнату и уселся вплотную, выдохнув вместе с дымом ей в лицо:

– Неужели? Марк никогда мне испорченный товар не подсовывал.

– Не ту песню поешь. Я, кстати, думаю, что самое время переломать тебе конечности.

Гальса сморщила нос и стиснула зубы. Он снова затянулся, но выпустил дым в сторону и перехватил сигарету пальцами другой руки.

– Господи, неужели во всей этой мерзкой дыре кроме тебя никого в напарники не нашлось?

– Взгляни, – она протянула открытую ладонь. – Заменить пришлось. У тебя такой?

Он хмуро повертел в пальцах спусковой механизм и поднёс его к самым глазам, только что не обнюхал.

– Почему проверить решила?

– Привычка.

– Давняя?

Скорбная гримаса изогнула уголки её губ.

– Жива пока.

– Один выстрел?

– Один, потом довзвод его заклинит.

Он помрачнел, бросил окурок на пол, хотел раздавил его подошвой, но поднял обратно и резко вдавил в пепельницу. Затем задумчиво почесал переносицу.

– И ты всегда носишь с собой запчасти от «Глока»?

– Одну деталь. Пластик, – она пожала плечами. – Хоть в аэропорту через рамку.

– А патроны? Как проверишь, пока на курок не нажмёшь?

– Свои. Потому и ствол только этой марки, и на самолёт нам не надо было.

– Понятно.

– Проверишь?

– Не сомневайся.

Он достал пистолет, не глядя разобрал его на части, бросая детали ей на колени.

Затем медленно и аккуратно собрал вновь, кинув тревожный взгляд на дверь. Досадливо положил оружие рядом с собой. Насупился, окинул её настороженным взглядом исподлобья.

– Почему раньше не сказала? Рот кто заклеил?

– Я в этом деле давно, но с тобой первый раз.

Гальса суетливо поёрзала, почему-то тронула патроны, выровняв их, как под линейку, одёрнула юбку и стала судорожно снаряжать обойму.

– Думала, так надо. Может, проверяешь, боишься, чтобы глупостей не наделала.

Я же видела, какой ты был. Спокойный, сосредоточенный, опасности не видел. Считала, что все обойдётся.

– Не обойдётся.

Он болезненно сморщился, потёр не ко времени занывшее бедро, с каким-то безразличием подумал, что Гальса уже не первый его напарник, и которая вот-вот может погибнуть. То, что придётся умереть самому – тревожило не особо. К этому все и шло. Слишком неудачно складывались в последнее время дела.