Бумеранг

Аста перебросила ноги через край ванны и протянула к нему руки. Креспин почесал бровь.

– Гадкая привычка, – буркнула она, – в глаза бросается.

Он наклонился, позволяя обнять себя за шею, подхватил её под колени, делая вид, что не заметил, как рука подцепила пистолет у него из кармана:

– За каким чёртом мне это надо? – проворчал он.

Она часто задышала ему в ухо.

– Я всегда… – хриплый шёпот вибрировал и прерывался, – выполняю… обещания…

Аста устала стонать, коснулась губами его шеи и замерла. Он почувствовал, как загрохотало её сердце, как перестала двигаться по рёбрам твёрдая бусинка соска, а потом холодный глушитель нашёл его висок.

– Прощай… – прошептала она и нажала курок.

Креспин согнул колени и резким толчком отбросил её на пол. Аста медленно поднималась с искажённым от ярости лицом, дёргала затвор, а палец давил и давил на курок. Затем она перехватила оружие за длинный ствол и метнула пистолет ему в голову. Он едва уклонился и насмешливо встретил бешеный взгляд.

– Я все думал, услышу эту банальную фразу, или нет? Ты ещё должна была добавить в конец что-то типа: «Любовь моя».

Она грязно выругалась. Безадресно, но уж очень отвратительно.

– Легче? – спросил он.

– Ублюдок, – она закусила губу.

– Только один патрон был настоящим. Тот, который ты использовала раньше.

– По правде говоря, я ожидала другого. Ты на моих глазах набил обойму. Я чуть не отстрелила себе пальцы на ноге, когда решила проверить. Сволочь!

– Можно было подменить их и чуть позднее, когда ты пьяная валялась на полу.

– Ты…

– Не пытайся меня напугать своими бешеными зрачками.

Она добавила к короткому местоимению вереницу таких мерзких слов, что ему пришлось удивиться по-настоящему.

– Я чувствую себя не лучшим образом от подобных оскорблений. Могу отработать на тебе парочку ударов, но уже сдерживаться не стану. Ясно?

Аста бросила на него взгляд исподлобья, открыла было рот, но обречённо махнула рукой и промолчала. Потом сделала шаг ближе и осторожно присела на краешек дивана.

– Хватит делать вид, что тебе больно, – рявкнул он.

– Я женщина, мразь ты такая! – завопила она.

– Это называется женским методом КГБ? – он показал глазами на пистолет у стены.

Аста вновь прикоснулась к скуле, потом ощупала подбородок.

– Какая разница, как это называется! – прошипела она. – Ничего личного. Работа такая.