Болото вечной жизни. II часть

 – Почему же Ему и в этот раз не спасти нас? Он не может быть так слаб, Он сегодня доказал это, прогнав тех, кто хотел нас убить!

Верховный покачал головой.

– Золотой Змей не убивал наших врагов, – ответил он, – Он помогал нам делать это. Но нас слишком мало. Не Золотой Змей слаб – мы слабы. Снова говорю вам – здесь вы в безопасности. Но захотите ли вы жить так, питаясь лягушками, червями и корой, не имея возможности покинуть болото?

На какое-то время воцарилась тишина. В мрачном молчании сидели люди, готовясь к неизбежному.

По ту сторону смерти их, конечно, ждала прекрасная жизнь, это обещал им их Бог, но они-то жили здесь и сейчас и терять эту и без того короткую жизнь им не хотелось совершенно. Но ещё больше угнетала их мысль, что на земле не останется их потомков и род их прервётся навечно.

Жрецы также стояли молча, не мешая людям примиряться с неизбежным. Выждав какое-то время, Верховный шевельнулся и приготовился говорить снова, но очень тихий, еле слышный голос остановил его:

– Верховный, – произнёс этот голос, – ты всё время говоришь – вы должны уйти, но ни разу не сказал – мы.

Что это значит, Верховный – ты не уходишь с нами? Ты остаёшься здесь?

На Верховного смотрели около двадцати пар глаз, с тревожным напряжением ждущих ответа. Жрец медленно обвёл взглядом каждого, прежде чем ответить:

– Да, я не ухожу с вами, – откликнулся он наконец, – но я не остаюсь здесь. Род жрецов не должен прерваться, и я буду ждать того, кто сможет его продолжить.

– Но где же ты будешь ждать, Верховный?

– По ту сторону жизни.

Говорить больше было не о чем. Люди под руководством Второго собрали убитых вместе и опустили в болото, наблюдая, как исчезают тела в чёрной глубине. И после того, как последний труп, уже остывший и окоченелый, отправился к Золотому Змею, вслед за ним один за другим ушли и живые – присоединиться к бесчисленным поколениям предков, живущих, как они верили, в мире их Бога.

Верховный, сидевший поодаль, следил, как исчезает, навсегда уходит из этого мира прежняя жизнь.

Последний человек на его глазах скрылся в трясине, а Верховный продолжал сидеть, неотрывно глядя на застывшую топь. Не один час ещё он провёл там, не двигаясь с места, слушая, как капает вода, стекающая с листвы, как отдельные птицы, издав короткие трели, умолкали как бы испуганно, и как в деревне, затаившейся после ночного кошмара, вынужденно проявляется жизнь.