Вне времени

Ужас! И вы так долго на одном месте находились, что думала – все, беда. Собралась уже на помощь к вам бежать. Но, слава богу, вы двигаться начали. Какого черта вы там так долго возились?

– Да это мы аборигена откапывали. Помоги лучше.

Только тут она заметила, что за спиной у Сани висит представитель местного населения. Они оба были покрыты толстым слоем пыли и сливались в однородную массу. Дэн помог Сане уложить раненого на земной диван. Как и все макки, он был невысоким, покрытым шерстью, цвет которой сейчас определить не представлялось возможным.

На поясе болтались остатки фартука. Только кожаный ремень с различными инструментами все еще крепко держался на макки. Дэн влил ему в рот немного коньяка. Макки застонал и открыл глаза. Алика тихонько что-то стала говорить ему на его языке. Тот ошарашенно смотрел то на нее, то на ребят, изредка что-то отвечая на вопросы. Затем макки попытался сесть, но сморщился от боли.

– Похоже, ногу повредил. – Саня осмотрел гостя. – Дэн, налей ванну. Вымоем его сначала, а уж затем наложим повязку, обработаем все раны и тогда поговорим.

Дэн вышел. Саня объяснил макки, что они собираются сделать. Тот с опаской, но все же кивнул в знак согласия.

После теплой ванны, обезболивающего и еще одной рюмки коньяка Сурик, так звали гостя, заметно повеселел. Теперь уже можно было попытаться получить у него необходимую для землян информацию. Дэну пришлось сидеть и помалкивать, так как он знал из глорийского всего пару слов. А вот Алика легко нашла с гостем общий язык.

Для начала приготовили угощение. Макки – вегетарианцы, вот тут и пригодился запас фруктов, собранных на Заре. Сурик поначалу с осторожностью, а потом с удовольствием поглощал предложенные ему блюда из овощей и фруктов.

– Сурик, а что тут у вас происходит? Почему бомбят? – осторожно спросила Алика.

– Так война у нас. Третий год уже, – вздохнул он.

– И кто с кем воюет?

– Банальная борьба за власть. Элита западного материка выясняет отношения с восточной. Но всем уже это надоело, да и сил никаких не осталось.

Все вокруг в упадке. Вот наш завод до войны был небольшим, но вполне преуспевающим. Наши кухонные приспособления ценились и хорошо расходились. А теперь… Одни развалины остались. Да что наш завод, – махнул он рукой, – сады, поля, теплицы – все в запустении, еды не хватает, в стране голод.

Сурик вздохнул, окинув наполовину уже опустевший стол.

– А есть ли какая-то надежда на скорое окончание войны?

– Кто ж его знает, как оно пойдет.