Возьми меня за руку

У нее вежливо осведомлялись, не могла бы она еще раз подъехать в клинику и исправить кое-что в документах, потому что с ее банковскими реквизитами возникла проблема. Джо отложила сообщение на потом.

Банду возглавляло трое братьев Томпсон. Каждого из них неоднократно привлекали за кражи, наркотики и нанесение легких телесных повреждений, но ни одного не удавалось засадить за решетку больше чем на несколько месяцев. Предполагалось, что в их сети наркокурьеров, торговцев и сборщиков денег задействовано около сорока человек, которые использовали сложную схему тайников и явочных точек, разбросанных по южной части города.

Говоря начистоту, расследованию не уделяли бы столько внимания, если бы не пара смертей три месяца назад: двух подростков обнаружили зарезанными в сгоревшей машине, причем один из них приходился братьям Томпсон кузеном, а второй был членом конкурирующей группировки. Складывалось впечатление, что в семье наметился раскол, а значит, могла разразиться война за передел сфер влияния.

Оперативные данные были скрупулезными и до невозможности скучными, но, если полиция хотела довести дело до суда, эта дотошность была очень к месту.

Большинство звонков делалось с анонимных номеров-однодневок. Все сходились во мнении, что нужно вычислить кого-то из середняков и взять его за жабры. А когда тот начнет давать показания, все, что выше его, рухнет, как башня в дженге. Шестерки не представляли особого интереса: как говорил Бен, эти ребята сами находят, за что загреметь. Восемьдесят процентов того, чем занимается уголовная полиция, так или иначе связано с наркотиками.

Около четырех в участок вернулись Бен и Рани. Сквозь стекло Джо видела, как они оформляют на входе неопрятного пенсионера в спортивных штанах с низкой посадкой и полосатой футболке, из-под которой выглядывал живот. Под мышками у него проступали пятна пота, редеющие волосы липли к голове. Судя по перекосу левой половины лица и плетью болтающейся руке, этот человек перенес инсульт. Он был карикатурно толстым, с разбухшими плечами, годы добавили ему новых складок под шеей.

Но безразличный, почти отсутствующий взгляд, которым он обводил комнату, выдавал в нем Клемана Мэтьюза.

Его провели в одну из допросных. Через пару минут Рани выскочила оттуда в мини-кухню и включила чайник.

– Что-нибудь говорит? – спросила Джо.

– Требует адвоката, сержант, – ответила Рани, – и чай с четырьмя ложками сахара.

Она быстро заварила пакетик и понесла кружку в кабинет.