World of Warcraft. Восход теней

Он был уверен, что на ногах стоял твердо, что некто – а может, и нечто – толкнуло его назад, навстречу изменнику-зандалари.

Привлеченные происшествием, члены Совета один за другим подошли поближе. Остановившийся рядом с Зекханом Рокхан, вождь племени Черного Копья, вложил в ножны кинжалы, заулыбался и хлопнул его по плечу, да с такой силой, что Зекхан, еще не пришедший в себя после едва завершившейся сумятицы, даже слегка покачнулся.

– Хорошо сделано, парень! Быстр, как Кимбул!

«Но это же не я».

Молния – ладно, ее Зекхан еще мог отнести на свой счет, но кубок? Кубок… Наморщив лоб, он оглядел лица членов Совета.

Все вокруг с облегчением улыбались. Тревогу его разделял только Тралл, державшийся позади остальных: брови нахмурены, потемневший взгляд устремлен в даль…

Между тем вокруг собрались сильнейшие из воинов Орды, и будто сговорившись с Рокханом, принялись расхваливать спасителя королевы на все лады. Услышав произнесенное кем-то слово «герой», Зекхан отчаянно замотал головой. Да нет же, нет, какой из него герой! Он – просто парнишка из джунглей, из деревеньки, каких во вратах Оргриммара свободно поместится целая сотня.

Он просто хотел принести посильную пользу, а вовсе не похвалы заслужить!

С этими мыслями Зекхан вновь отыскал в толпе Тралла и обнаружил, что выражение его лица ничуть не изменилось. Единственное темное пятнышко в безоблачном небе, единственная тучка, предвещающая дождь… немногие ее заметят, немногие прислушаются к предостережению, но если великий вождь встревожен, его тревогу разделит и мудрый воин, что служит под его началом.

Тем временем вождь троллей Черного Копья дружески обнял Зекхана, однако юноша не улыбнулся – наоборот, задрожал.

Глава третья. Дазар’алор

Донесшийся с севера ветер был жарок и сух, точно дыхание самого Вол’дуна. Стоя на вершине Великой Печати, Таланджи повернулась навстречу ветру и сделала вдох в надежде снова впитать всем телом дух родины. Да, здесь, в джунглях, в огромном золотом городе предков, ей и место.

Казалось, сейчас она стоит на самом краю света, а вокруг, куда ни взгляни, простирается жизнь, бескрайнее юное будущее. В такую ясную ночь на западе, за Храмом Пророка, отсюда были ясно видны даже пики далеких гор, вершины, окутанные изумрудным бархатом.

Родина…

Зикии одно за другим снимала с Таланджи увесистые церемониальные украшения и складывала их в ларчик, устланный тканью, с виду такой же мягкой, как и эти зеленые-зеленые горы.