World of Warcraft. Восход теней

Все постоянно от тебя чего-то хотят, о чем-то просят, в точности как ты просишь сейчас меня. Сегодняшний убийца хотел твоей смерти, но я ему отказал. И дух отца к тебе не призову. Хотя, ес-с-сли…

Последнее слово Бвонсамди растянул так, что оно сделалось похожим на предостерегающее шипенье змеи.

– Что «если»? – зарычала Таланджи.

– Если ты согласишься заключить договор… ведь это же по справедливости, верно? Я спасаю тебя от смерти, ты заключаешь с верным другом Бвонсамди сделку…

Презрительно усмехнувшись, Таланджи шагнула к самому краю террасы.

Огненный взгляд лоа так и сверлил затылок. Связь с ним – проклятие, и благодарить его она ни за что не станет.

– А соизволишь ли ты слегка толкнуть кого нужно во второй раз? А в третий? – со вздохом сказала она. – В моей столице волнения, а Орда ради того, чтоб унять их, и пальцем не шевельнет. Ни кораблей не пришлет мне, ни войск. Ничем они мне не помогут. Судьба Зандалара в моих руках, но как привести народ к миру и процветанию, если он мне не доверяет? Вот отец должен знать, что тут можно поделать.

Он всегда это знал. А может, лучше спросить отцовского лоа, Резана?

Тишина. Только треск да шипенье пылающих факелов, только шаги да лязг доспехов меняющегося внизу караула… Казалось, огромный город зловеще притих. Совсем как лоа Таланджи. Она ждала шутки, шпильки, подначки, призванной пуще прежнего растравить ее сомнения, однако Бвонсамди просто смотрел на нее и молчал.

Либо она выжила из ума, либо озорные искорки в его глазах разом угасли.

Казалось, лоа могил как-то… поблек. Опечалился.

– Что? – подстегнула его Таланджи. – Нечего сказать? Ни единого лукавого слова на ум не идет? Да ты ли это, Бвонсамди?

Наконец лоа покачал головой. Туман, собравшийся у его ног, начал сгущаться и вскоре окутал его с головой – только глаза, горящие странным синим огнем, по-прежнему мерцали сквозь серую пелену.

– Да, связь наша прочна, маленькая королева, но это не делает меня твоим слугой.

Дух твоего отца я призывать не стану. Боюсь, сегодня ты – сама по себе.

Глава четвертая. Назмир

Что ж, как учила Сильвана, отступление – не позор. Отступление всего лишь предотвращает откровенный крах, о чем Сильвана тоже не умолчала, как и о крайнем своем презрении к подобному образу мыслей. С силой вонзая каблуки в чешуйчатые бока визжащего от боли крылатого ящера, Натанос Гнилостень мчался вперед – быстрее, быстрее, быстрее.