Истоки Нашей Реальности

Знаю, ты и без этого ненавидела меня, но, прошу, поверь, у меня нет возможности вернуться. Даже если вернусь, это не даст никому из нас гарантий безопасности.

– О чем ты?

– Это сложная история. Я не могу отступить. Не только потому, что привязан к нему, но и потому что люблю вас. Я не переживу, если с вами что-то случится. Он не такой, каким все его видят. С ним поступили несправедливо. Я знаю его другим и верю, что он достоин лучшего.

Из-за нечеткого изображения Каспару показалось, что у Шарлотты выступили слезы.

– Тебя могут казнить вместе с ним, – продолжила она тихо. – Что нам тогда делать?

– Вероятность мала. И об этом я тоже не могу рассказать. Прошу, Шарлотта, не давай девочкам смотреть новости, а если они все-таки что-то увидят, придумай что-нибудь.

Она молча кивнула.

– Ты правда не можешь его покинуть?

– Да.

«Но очень дорого это всем обходится», – с каждым днем эта мысль и сопутствующие ей сомнения становились все явнее.

– Как нога?

– Лучше. Каждый день приходят врачи и проводят процедуры.

 – Каспар оглянулся на медицинскую передвижную установку в углу комнаты. – Этим дорогостоящим лечением, к слову, я обязан только Александру. Если бы не он, меня бы ждал паралич. Поэтому остаться рядом с ним – меньшее, чем я могу его поблагодарить.

– Получается, все так серьезно?

Каспар чувствовал: она готова поверить в это, закрыв глаза на свою неприязнь к королю.

– Серьезнее, чем… – Он тут же пожалел, что решил ответить именно так – честно и без увиливаний.

Реакция Шарлотты могла быть непредсказуемой, и она легко могла принять это за оскорбление памяти Греты.

– Говори с девочками чаще, – только и ответила она.

– Я позвоню им ближе к вечеру.

– Они очень скучают по тебе.

– Как и я по ним. Но сейчас мне нужно быть здесь.

Шарлотта кивнула и завершила звонок. Пожалуй, тяжелее, чем сейчас, Каспару было лишь в момент признания Александру, разделившему его жизнь на «до» и «после». Определенно, улети он тогда в США, многое могло бы сложиться иначе.

Многое, но не все: Александр по-прежнему служил бы Делинде ради него, только был бы в окружении врагов в одиночку. Каспар не мог оставить его не только потому что был привязан к нему, но и из чувства долга и вины перед ним.

– Все в порядке? – послышалось у двери.

Каспар не заметил, когда поднялся Александр. Он прошел в комнату и сел на подлокотник его кресла.

– Все хорошо.

– Ты выглядишь очень уставшим.