Истоки Нашей Реальности

Ее волнистые волосы были собраны заколкой в виде элегантной белой веточки в свободный низкий пучок, каждый локон которого чем-то напоминал лепесток цветка. Пара прядей выбивалась перед ухом, порой мешая видеть.

К их счастью, не многие взгляды гостей обратились к ним, а те, кто замечали королевскую семью, с тщательно скрываемым интересом поглядывали в их сторону.

– Слава господу, никто не нападает на нас с вопросами, – шепнула она матери.

– И не нападут. – Лавиния шла с гордо поднятой головой и смотрела только вперед.

 – Мистер Марголис пообещал, что каждого гостя проинформируют о нас и попросят не беспокоить.

Анджеллина мгновенно переменилась в лице.

– Очень мило с его стороны.

Она перевела отстраненный взгляд на сводного брата, как всегда заметно отличавшегося от их группы своей одеждой. Всем костюмам даже для самых торжественных мероприятий он предпочитал темно-серую футболку, мантию по колено, черные кеды и серые джинсы. Из-под капюшона выглядывали волнистые, почти кудрявые волосы.

Он все поглядывал на толпу, норовя оторваться от семьи и прогуляться по двору, но Лавиния его вовремя остановила:

– Сегодня держимся вместе, Мелл.

– Но там столько всего, – заговорил он жалобно, как ребенок. – Такие прикольные люди. Я уже заметил пару знаменитостей.

На деле Мелла интересовала лишь еда: он не ел весь день и уже не мог дождаться того момента, когда часть гостей посадят за шведский стол, а часть продолжит искать свободные уши для беседы и наслаждаться легкими закусками.

Однако Мелл стыдился признаться в своих нуждах, побаиваясь негодования мачехи.

– Ради своей сестры останься здесь. Потом с ними познакомишься.

– Ладно.

– Мама, – обратилась к ней Анджеллина, – когда начало?

– Через десять минут должны начать. В зале для нас выделили места в первом ряду, так что предлагаю поспешить. – Лавиния ускорила шаг, и все последовали ее примеру.

Анджеллина подняла голову в крошечной надежде увидеть Сашу за одним из многочисленных окон отеля.

Сердце ныло, стоило только представить его на сцене рядом с Дирком. Она знала, что друг, безусловно, будет держаться достойно, как и всегда это делал: сохраняя безучастный, равнодушный вид, говоря сухо, и лишь немногие, если не только одна Анджеллина, заметят его неподдельную муку. Как же давно не было в ее жизни спокойных дней. С тех пор, как она пришла к нему в замок.