Истоки Нашей Реальности

Даже Дирк, побывав в ней впервые, окрестил ее одной из жемчужин Делиуара и самым ценным наследием Норфолков. Однако у самого семейства эта роскошь давно не вызывала особых эмоций. У всех, кроме Мелла: в библиотеке он бывал нечасто и каждый поход в нее ощущал как погружение в магический мир, в котором легко потеряться среди стеллажей из черного дерева.

Мелл тихонько зашел внутрь и оглянулся. Древесный аромат с нотками ванили заполнил легкие.

Никого.

Он прислушался. Тишина.

Просто окликнуть Сашу, чтобы он сам вышел к нему, Меллу не представлялось возможным.

Шорох шагов. Где-то справа от входа. Обрадованный такой удаче, Мелл двинулся туда – в отдел с летописями десятого-одиннадцатого веков, – одновременно лихорадочно прокручивая приветствие и извинения.

– Ваше Высочество! – выглянул он из-за стеллажа.

От неожиданности Саша едва удержал равновесие на приставной лестнице.

– Ой, простите, – опешил Мелл. – Давайте я придержу. Или достану нужную книгу.

– Спасибо, – раздраженно бросил принц. – Я уже закончил.

– А-а-а… – Норфолк помедлил с ответом. – Если опять чего-то захотите, всегда рад помочь.

Саша спустился, взглянул на Мелла таким же отрешенным взглядом, что и накануне, повернулся к нему боком и принялся разворачивать сверток в руке.

– Ваше Высочество, я… хотел бы извиниться за испорченную рубашку.

– Ваша мачеха уже сделала это за вас и даже подкрепила извинения щедрым подарком, – ответил тот не глядя.

– Простите.

– Хорошо.

– Что хорошо?

– Вы прощены.

– А-а-а… – Мелл переминулся с ноги на ногу. – Я могу вам чем-нибудь помочь или что-нибудь посоветовать из книг библиотеки?

Саша обреченно вздохнул и повернулся к нему. Его лицо ничего не выражало, и Мелл еще больше растерялся. Им овладело странное волнение, а сердце пропустило знакомый удар. Нечто подобное он испытывал в момент первой встречи, когда германский принц обернулся к нему на шум.

Саша заговорил сдержанным тоном:

– Что-то мне подсказывает, что вы в библиотеке нечастый гость, так что единственное, чем можете мне помочь, – это молчание.

Волнение Мелла усилилось. Взгляд скользнул по фигуре Саши сверху вниз.

– Вы угадали, – неуверенно усмехнулся он. – Захожу сюда, чтобы побыть одному, когда накатывает отчаяние или просто противоречивые эмоции.