Пятая сестра

– Кто ты? – У Мелани возникли десятки вопросов, но она начала с самого основного.

– Забавно, когда человек спрашивает кого-то, кто он есть, сам не зная, кем является.

Мелани потупила взгляд, и юноша прыснул, прикрыв рот. На вид девушка могла дать ему не больше семнадцати, но сейчас, продолжая рассматривать его недоуменным взглядом и переваривая сказанные слова, она услышала этот звонкий смех и подумала, что он похож на ребенка лет восьми.

Он подошел к ней не спеша, наблюдая, как меняется выражение ее лица.

Взгляд Мелани не дрогнул. Чем ближе он подходил, тем сильнее становилось желание убежать в лес.

– Идем. – Он нежно взял ее за руку и повел в лесную чащу, но в его движениях проскальзывали холод и резкость.

– Куда ты меня ведешь? Кто ты такой? Что происходит, объясни! – Мелани стала вырываться, и юноша сжал ее руку так, что она взвизгнула. Девушка подняла на него изумленные глаза, будто знала его сотни лет и не верила, что он причинил ей боль. А он все с той же ехидной улыбочкой продолжал:

– Слишком много вопросов, но отвечать на них я не собираюсь.

Я могу оставить тебя тут и уйти. Ты можешь вернуться, но если кто-то увидит, что ты идешь по мосту… Увы, Мелани, тебе никто не поможет.

– Назови свое имя, – говорила Мелани твердо. – Имя, – повторила она еще и дернула руку с такой силой, что ей удалось вырваться из хватки загадочного юноши. Она не показала, что ей больно, продолжая уверенно смотреть в глаза.

– Ариан, – произнес он тихо, без улыбки, а затем развернулся и пошел вглубь леса.

Мелани последовала за ним, волоча свое грязное платье. Она приподняла подол, чтобы тот не цеплялся за колючие ветки кустов. Ветки деревьев хлестали ее по лицу, а мокрые листья на них сглаживали неприятные ощущения. Чем дольше они шли, тем холоднее становилось и тем слабее Мелани могла различать Ариана, который шел впереди. Факел он не взял, но двигался уверенно, ни разу не остановившись.

Ариан не сказал больше ни слова.

Мелани размышляла о своем новом знакомом.

Она видела его перед собой, уже слышала его голос, видела голубые глаза, чувствовала грубые прикосновения и все равно думала, что он неживой. В нем было то, чего нет у других людей, у живых существ. В нем ощущались сокрытые от глаз угроза и жестокость. Под этой чудной, милой улыбкой скрывалась злобная насмешка. Мелани сочла бы свои выводы бредовыми, но не сейчас, когда осталась одна, а страхи улеглись, оставив место холодной работе разума.