Виртуал. Рожденные в огне

Об это я позабочусь. А спешивший инженер мне в этом поспособствует.

***

Некоторым временем ранее.

– Ой, девочки, а чем это так воняет?! – деланно воскликнула Мирка на всю столовую. Моя счастливая физиономия и игнорирование бесили её лучше любых оскорблений. Не любили меня здесь. Даже преподаватели. Хоть и старались этого не показывать, но хорошо хоть не все. А дружить не решались из-за той же Мирки. Становиться её мишенью не хотелось никому. Были, конечно, еще ребята «нелюдимые», но между «Нелюдимым» и «Презираемым» есть большая разница.

А даже если и появляются ребята отличающиеся от остальных, им помогают. Но не в моем случае.

– Действительно, какой-то помойкой тянет! – поддержала подругу первая подпевала.

– «Стая шакалов» – мелькнула мысль. Пускай они опустили меня на самое дно. Но я не сдалась. И не сдамся. Еще посмотрим кто кого, придет и мое время.

– Да это Элька, – фыркнул крепкий паренек, – раньше машинным маслом и паленой проводкой воняла, а теперь тухлятиной.

– Не, – потянула носом Мирка, играя на публику, – это не она тухлятиной воняет, а от ее обеда.

Мать видимо такая же криворукая, как и папашка. Вот и дочку…

– Заткнись! – вырвалось у меня против воли.

– Или что ты сделаешь? – усмехнулась Мирка, расплываясь у самодовольной улыбки.

Тварь, добилась своего. Опять не смогла промолчать. Так, спокойно, надо подышать, не обращать внимание, ее надолго…

– Так что ты сделаешь? Может к папочке пожаловаться сбегаешь? На могилку, – добавила Мирка, а хор подпевал загоготал и угодливо захихикал.

Тяжело это быть, дочерью предателя. Большого предателя. А особенно тяжело, когда ты еще и отличаешься от остальных.

– Глаза выцарапаю, – пообещала, смотря в глаза стерве, и утерла кулаком нос.

Недвусмысленной намек-напоминание возымел действие. В глазах Мирки мелькнул страх, и он явно утратила задор. Но тут в дело вступил прыщавый подпевала.

– Мир, а дрона-то с ней нет, – противно растягивая слова протянула он.

– Точно, – расплылась она в пакостной улыбке.

 – Ой, я случайно! – воскликнула она и смахнула контейнер с обедом на пол.

Это уже было за гранью. Меня затрясло и… словно парализовало. Хотелось вскочить и ударить, но тело отказывалось повиноваться. В висках стучало. Мне было плохо. Очень плохо. Отвратительно от осознания того, что подобные Мирке и ее стае шакалов есть на свете. К горлу подкатил противный ком. Показалось, что сейчас вырвет. С трудом справилась, но на глазах выступили слезы.